БТР-ОБОРОТЕНЬ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

БТР-ОБОРОТЕНЬ

30 сентября 2003 0

40(514)

Date: 01-10-2003

Author: Свидетельство Л.ЯЦОЛЫ, безработной

БТР-ОБОРОТЕНЬ

Мне потом сказали, что когда эти, безоружные, автобусы захватили и поехали на них в "Останкино", бэтээры их обгоняли. Те им орут: "Ура, мэрия наша!" А солдатики на бэтээрах этих загадочно так им улыбались, даже ласково... Сама-то за дочерью пришла: боялась, что и ее туда понесло. Начала пальбы не видала.

Когда пришла, часть людей уже лежала в роще напротив главной их останкинской дирекции, на той же стороне, где радиоцентр и сама башня. Лежали на палой листве, под перекрестным огнем. Я всю эту рощу проползла. "Нина, — кричу, — Нина!" Нет нигде.

Замечу, тогда люди еще могли уйти. Кто от любопытства, кто, как я, за родных трясся. А кто-то, может, уже тогда боялся выйти из укрытия. Кто за деревом ховается, кто так себе в листьях лежит, смотрит в небо на трассы эти.

Я перебежала на другую сторону улицы Королева. Ну там и вовсе все простреливается. И здесь Нинки нет. И вот тут этот бэтээр увидала. Стоит, прожектором шарит. Где? Да у концертного зала, у самого пруда.

А он постоял-постоял, да и пошел. Было начало одиннадцатого. Так и двинул по улице Королева. Ехал — будто оси проминал: в сторону от пальбы, к башне. Там кто-то в него и швырнул бутылку. Зажигательную, что ли? А он развернулся обратно и, как доехал до начала изгороди останкинской дирекции, открыл огонь. И, как я сразу поняла, не столько по радиоцентру, сколько по роще, где люди лежали. Я уж и сама там была. А никто поначалу и не понял: все увлеклись в небо глазеть. А потом дошло.

Троих — я сама видела — сразу убило. Они как сидели на опушке, так там и легли. Одна женщина из них, в красной куртке, все же немного отползла в рощу. Потом замерла. Я это запомнила потому, что отступать глубже в лес не приходилось: там ведь из дирекции как раз прицельно доставало, а бэтээр давай своей очередью народ по роще гонять. Все бегали туда-сюда и женщину ту топтали, спотыкались об нее. А он только поспевает пулеметное дуло поворачивать: к радиоцентру ходу нет — там свой ужас, а бэтээр играется — назад не дает пройти. Мне потом сказали, что очень кричали мы громко. А мы сами уж и не слышали. Слышали только, как пули в землю входят, так — хрумм, хрумм!

Сколько мы так бегали? Да минут десять. Потом дошло: уж лучше лечь и лежать, будь что будет. Легли, лежим. Вот рядом парень за деревом сгорбился. Бэтээр прошел, а парень уже лежит... Раненые стонут, на голову листья сыплются, ветки, гильзы стреляные.

Потом кто-то его "отвлек": то ли что набросить ему пытался на эти его трубы, через которые он глядит, то ли опять бутылку бросил. Троих он прямо на Королева сразу положил. А мы убежали. Метров пять в одном месте, где густо людей положили, земля аж от крови хлюпала. Пока бежала — видела, как за мужиком впереди меня по асфальту очередь змеилась. Но нет, оторвался.

У метро "Петровско-Разумовская" в темноте мне дуло в грудь уперли эти, в касках, всю обыскали. В метро все на меня глядят круглыми глазами. Что такое? Пришла домой, а там дочь, Нина моя. А у меня и сапоги, и пальто, и руки в крови. Нинка — в обморок...

Сколько погибло? Да человек двадцать — это только в первый момент, никак не меньше.