Дискуссия о дискуссии

Дискуссия о дискуссии

«До чего же вы, японцы, странные люди!» – негодовал Никита Хрущев, безуспешно пытаясь решить с японскими дипломатами проблему мирного договора в 1956 году. Причиной гнева советского лидера была странная переговорная тактика противоположной стороны: со всем вроде бы соглашающиеся японцы в конце снова и снова говорили «нет». О своеобразном поведении японцев за столом переговоров написано много, но эта книга не учебник по менеджменту. Я хочу лишь вспомнить личный – официальный и бытовой – опыт и попытаться на его основе классифицировать важнейшие этапы дискуссии с представителями этой замечательной страны.

Итак, само собой разумеется, что достаточная по продолжительности дискуссия может проходить только в том случае, если стороны, среди прочих, рассматривают некий спорный предмет. Им может стать что угодно – от пристрастий в еде до политических проблем. В зависимости от статуса спорщиков и их целей обсуждение может закончиться не начавшись, а может пройти те три основные стадии спора, которые я достаточно четко выделяю в проблемном общении с японцами, а именно:

1) благожелательный компромисс;

2) признание уникальности;

3) маска.

Для подавляющего большинства людей общение начинается и заканчивается первой фазой. Это естественно: если вам нечего с японцами делить, если вы искренне согласны с их точкой зрения, если просто нет предмета спора или вы способны, как воспитанные люди, его не заметить, то и говорить не о чем. В самом деле, если вам не нравится японская кухня или вашему собеседнику – российские автомобили, о чем тут спорить?

Японцы, в силу особенностей своего воспитания, идеально проходят первый этап. Они излучают благожелательность, добродушие, олицетворяют вежливость и предупредительность. Все это значительно облегчает и общение с ними, и жизнь в Японии, делая ее изумительно комфортабельной для не очень продолжительного там пребывания. У нас, иностранцев, бывает, что от привычки к этой предупредительности «замыливается глаз», и мы не всегда можем отличить формальное общение от искреннего интереса, форму от содержания, татэмаэ от хоннэ. Ничего страшного в этом нет. В самом худшем случае вашим надеждам просто не суждено будет сбыться. Например, я, воодушевленный искрящимся добродушием одного знакомого японца, обладающего весьма широкими связями, несколько раз просил его мне помочь – передать контакты интересующих меня людей, получить информационные материалы, обсудить проект и тому подобные мелочи. «Хо! – кричал мой собеседник в восторге, размахивая руками и проливая на себя шампанское. – Отличная идея! Я сам давно об этом думал! Звоните мне завтра прямо с утра!» Конечно, утром либо его не было на месте, либо контакты куда-то терялись, либо для получения информационных материалов требовалось найти еще одного человека, след которого не взяла бы и самая лучшая охотничья собака. Однако взаимных претензий никогда не было, общение ограничивалось первой фазой: благожелательным, пусть и бесперспективным, компромиссом.

Хуже бывало, если речь заходила, к примеру, о тех же «северных территориях». Если вдруг обнаруживалось, что я имею на сей счет точку зрения, отличную от официальной японской, то в большинстве случаев (но не всегда!) начиналась уже настоящая дискуссия. Специалисты в области экономики пишут, что нередко оказывались в подобной ситуации во время обсуждения с японскими партнерами различных контрактов, таможенных правил или каких-то вопросов, несущих в себе, например, элементы протекционизма. Когда каждая из сторон хочет получить себе определенные преференции, дискуссия приобретает интересное развитие.

Вступление спора во вторую фазу неизбежно сопровождается выдвижением японской стороной главного тезиса – об уникальности японской культуры (варианты: методики ведения переговоров, системы власти, системы формирования общественного мнения и т. д.). Смысл этого заявления сводится к тому, что в силу этой самой уникальности (и автоматически – «неуникальности» любой другой культуры) преференции должна получить именно японская сторона. Еще раз: если японцы приехали в Москву, а вы пришли с ними на переговоры, будьте готовы к тому, что они будут вести себя так, как будто иностранец здесь вы. Сама по себе эта идея весьма интересна и довольно глубоко изучалась крупнейшими японоведами мира, хотя к общему знаменателю они так и не пришли – видимо, по причине уникальности изучаемого вопроса.

Оставляя в стороне реальность и причины возникновения «японской своеобычности», замечу только, что она является мощнейшим инструментом не только «мягкой силы» – политического пиара и культурной пропаганды. Она же эффективно поддерживает внешнеэкономические усилия Японии и ее внутреннюю политическую стабильность. Японцы презирают кремлевский тезис о «суверенной демократии», например, на том простом основании, что демократия должна быть везде одинаковой. Везде, кроме Японии, где она… правильно: суверенная!

Конечно, самым проблемным вопросом для нас стал вопрос территориальный. В случае обсуждения пограничного размежевания после скорого использования сторонами всех широко известных аргументов об исторической принадлежности злополучных островов и при недостижении понимания вариантом японской уникальности выступает следующий тезис: «Это (то есть принадлежность островов России) – оскорбление национального достоинства японского народа!»

Мне довольно часто приходится упираться в эту классическую фазу. Я давно уже знаю, что отвечать, и знаю, насколько мой ответ не имеет смысла. Эта фаза дискуссии скоротечна и переходит в третью почти мгновенно. Достаточно только возразить на вышеприведенный довод, например: «А почему ваше национальное достоинство дремало с 1945 по 1952 год, когда эта тема впервые была предложена американцами японскому правительству – для обострения отношений с СССР?», или «Почему вы выбрали в 1956-м Курильские острова, а не Окинаву, когда госсекретарь США Даллес шантажировал вашего премьера Ёсиду, наглядно объясняя, что Япония в любом случае останется без части свой довоенной территории – либо без Южных Курил, либо без Окинавы?», или «Вы не считаете оскорблением национального достоинства хронические изнасилования американцами ваших школьниц на Окинаве?», или… да много чему еще можно удивиться, говоря о японской национальной гордости.

В обсуждении территориальной проблемы иногда встречаются не совсем стандартные маневры, выводящие японскую сторону в третью фазу столь стремительно, что это приводит к совершенно неожиданным последствиям. Один дипломат, отстаивая японскую принадлежность островов, заявил, что «в принципе согласен с аргументами российской стороны, но после Второй мировой войны Советский Союз уничтожил 60 000 японцев за 10 лет сибирского плена! Это оскорбление национальной гордости!». Я спросил его, известно ли ему об извинениях за этих погибших, которые принес Ельцин? Известно. А известно ли ему об извинениях американцев, уничтоживших всего за три дня 1945 года (бомбардировки Токио, Хиросимы и Нагасаки) более 300 тысяч японцев, в основном мирных жителей, то есть женщин, стариков и детей? Нет? А разве это не затрагивает японскую национальную гордость? «Нет, – ответил мне гордый японец, – мы сами напали на Америку, и мы должны были быть наказаны. Это нормально». Гибель 300 тысяч стариков, женщин и детей нормальна. Гибель 60 тысяч солдат – оскорбление национальной гордости.

Иногда эти «уникальность» и «гордость» всплывают довольно неожиданно – на самой что ни на есть бытовой основе. Один мой японский знакомый, приехав в Москву, принялся учить меня уму-разуму и давать указания по его жизнеобеспечению. Он значительно моложе меня, и, некоторое время потерпев его капризы, я сказал ему все, что об этом думаю. Японец обиделся: «Ты не должен так говорить. Японцы так не говорят». «Я – не японец», – возразил я и тут же получил: «Все равно. В Японии так не принято. Ты общаешься с японцем, а мы – уникальный народ. Поэтому ты должен вести себя так, как принято в Японии». Мои резоны о том, что «в чужой монастырь со своим уставом не ходят», перевели его в третью фазу дискуссии.

Она возникает в экономических спорах, когда выясняется, что японская сторона не очень заинтересована в успешном окончании переговоров и сами переговоры велись для того, чтобы «продемонстрировать горячее стремление решить эту проблему». Ёку гамбаттэ иру. Если заинтересована – национальная уникальность считается временно не являющейся таковой, и стороны возвращаются к первому этапу. С третьей фазой, наверное, всем уже все понятно. Обиженные и оскорбленные японцы делают каменные лица, всем своим видом символизируя презрение к вам, к России и всем белым гайдзинам в целом… Мой японский знакомый после нашей ссоры тоже надел эту маску. Вскоре ему снова понадобилась моя помощь, и он как ни в чем не бывало отложил ее в сторону и вернулся к первой фазе дискуссии…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава V. КЛУБ «ДИСКУССИЯ»

Из книги Перед лицом закона автора Шмелев Олег

Глава V. КЛУБ «ДИСКУССИЯ» Мистер Дей побрился, принял душ, оделся перед зеркалом, почистил и подровнял пилкой ногти. Потом сходил за газетами и выглянул на улицу. День начинался чудесный.В девять часов раздался стук в дверь. Он поднял голову от газеты.— Прошу.Вошла


Глава 19. Дискуссия о самоопределении среди марксистов накануне революции

Из книги Маркс против русской революции автора Кара-Мурза Сергей Георгиевич

Глава 19. Дискуссия о самоопределении среди марксистов накануне революции В 1914 г. Ленин вступил в очень тяжелый и трудный спор с марксистами (западными и российскими) по вопросу о праве наций на самоопределение . Одной из побудительных причин для этого был конфликт Маркса


М и Ж: Острые грани дискуссии

Из книги Мужчина – модель для сборки автора Ястребов Андрей Леонидович

М и Ж: Острые грани дискуссии Чтобы постигнуть женщину, ее можно и нужно срочно сравнить с основным антагонистом.В женских журналах много разного пишут о мужчинах. Все это истории, которые печатаются секретаршами для секретарш. Мужиков иногда распределяют по


Об инакомыслии и дискуссии

Из книги Сталин И.В. Цитаты автора Кувшинов В

Об инакомыслии и дискуссии Можно и нужно итти на всякие соглашения с инакомыслящими внутри партии по вопросам текущей политики, по вопросам чисто практического характера. Но если вопросы эти связаны с принципиальными разногласиями, то никакое соглашение, никакая


Дискуссия в депутатском черепе

Из книги Анти-Мединский. Опровержение. Как партия власти «правит» историю автора Буровский Андрей Михайлович

Дискуссия в депутатском черепе Фирменная особенность творений Мединского — постоянное опровержение самих себя. Половинки профессорского мозга так бурно противоречат друг другу, что кажется — наш борец с русофобией страдает острой формой внутричерепной демократии,


Дискуссия о смертной казни

Из книги Литературная Газета 6364 ( № 12 2012) автора Литературная Газета

Дискуссия о смертной казни Дискуссия о смертной казни Поздравляя своего друга со славным юбилеем, мы публикуем его рассказ, озаглавленный с присущей автору жизнерадостностью Началось с того, что жена сказала, не помню про кого: - Я б его расстреляла. Мнения разделились. Я


КР ДИСКУССИЯ…

Из книги Речь без повода... или Колонки редактора автора Довлатов Сергей

КР ДИСКУССИЯ… Дискуссия «Нового американца» с Центральным органом продолжалась месяц. Обеими сторонами были допущены некоторые передержки. На этом взаимный обмен любезностями прекращается…Друзья нас спрашивают:— Чего вы добились? Рекламы Андрей Седых все равно не


Про «побеждумужество»: итоги дискуссии

Из книги Самый страшный злодей и другие сюжеты автора Акунин Борис

Про «побеждумужество»: итоги дискуссии 22.12.2010Послушав разные мнения, прихожу к следующему выводу (никому его не навязывая, а лично для себя).От замены слову «мужество» чем-то менее обидным для половины человечества скрепя сердце отказываюсь.Вероятно, права bettybarklay: «… в


Дискуссии как отвлекающий маневр

Из книги Эксперт № 26 (2013) автора Эксперт Журнал

Дискуссии как отвлекающий маневр Редакционная статья Фото: АР Цепочка кадровых перестановок в высшем экономическом истеблишменте страны спровоцировала раскрутку нового витка дискуссий о текущем моменте. Градус спора обусловлен не только тем, что ряд ключевых


Глава IV. Политическая дискуссия

Из книги Национальная доктрина автора Заднепровский Богдан

Глава IV. Политическая дискуссия 56. Национальные меньшинства и Русская революция Национальные меньшинства, как известно, сыграли важную роль в русской социальной революции 1917 года. Их активное участие историки оценивают в 40 % всей революционной действующей силы. Это


Макиавелли и «макиавеллизм» дискуссия длиною в 500 лет

Из книги Политические онтологики автора Матвейчев Олег Анатольевич

Макиавелли и «макиавеллизм» дискуссия длиною в 500 лет В XVI веке политическая наука стала развиваться бурными темпами. Нельзя сказать, что Макиавелли был ее родоначальником, т. к. огромную важность вопросы политики приобрели уже у средневековых мыслителей (Фома, Оккам, М.


Выступление на дискуссии «Классика и мы»

Из книги В мире Достоевского. Слово живое и мертвое автора Селезнев Юрий Иванович

Выступление на дискуссии «Классика и мы» Вот, наконец, возник вопрос, что же такое классика. Классика – это нечто прошлое, ушедшее в прошлое и сегодня являющееся чем-то таким, что вне нас, или классика – это живое, что живет в нас сегодня? Классика это, конечно, вечное живое,


К дискуссии о свободной торговле

Из книги Уроки жизни автора Конан Дойль Артур

К дискуссии о свободной торговле «Фарнэм, Хаслмир энд Хайндхэд геральд»9 декабря 1905 г.Сэр! До сих пор у нас, сторонников тарифной реформы, не было возможности выразить сожаление по поводу отношения к нам оппонентов по дискуссии. Мистер Чемберлен постоянно подвергался


Дискуссия в США вокруг ближневосточного курса

Из книги Конфиденциально. Ближний Восток на сцене и за кулисами автора Примаков Евгений Максимович

Дискуссия в США вокруг ближневосточного курса На рубеже 60—70-х годов в США в конгрессе, прессе, на конференциях и симпозиумах велась дискуссия по поводу того, в каких направлениях следует искать новые подходы к ближневосточной ситуации. «Раздающиеся подчас утверждения,


Дискуссия о правах человека

Из книги Вторая сучья война. Тюремные байки автора Сокольники Сеня

Дискуссия о правах человека 09.05.2008Написать эту историю я решил после прочтения «тюремных дневников» Сергея Мавроди, а точнее того эпизода, где он дискутирует с руководством изолятора по вопросам соблюдения прав человека, а именно о недопустимости просмотра жалоб,