Новый Китай

Новый Китай

Бессмысленно оспаривать существование самобытной китайской культуры, проявляющейся в повседневной жизни людей на обширной территории страны. Несмотря на возрастающую вестернизацию городской жизни, такие реалии, как философия фэншуй, связанные с цифрами суеверия или поклонение духам предков живы и поныне. Во многих зданиях в Китае четвертый этаж не обозначен табличкой, поскольку слова «четыре» и «смерть» звучат похоже. Моя тетка в Гуанчжоу отличается жестким практицизмом в руководстве своим пиар-бизнесом, что не помешало ей нанять консультанта по фэншуй для планировки нового офиса. Когда я уезжаю от своих китайских родственников, они зажигают ритуальные палочки на своем универсальном домашнем алтаре и молятся о моем благополучном возвращении домой.

Верно и то, что китайская письменность является мощным культурным и национальным скрепляющим фактором. Если даже многие люди из разных уголков обширной империи не в состоянии понять диалекты, на которых говорят их соседи, они, как правило, могут читать одни и те же газеты и следить по субтитрам за происходящим на экранах телевизоров. Попытки унификации литературного языка относятся еще ко времени первого цинского императора; Мао ввел обязательное изучение путунхуа, или «стандартного китайского языка», в школах. Если возможно привести в пример единственный довод в пользу теории о неразрывности китайской культуры, это будет, конечно, единая письменность.

Объединяет нацию и подлинная гордость за историю и достижения страны. Сунь Ятсен и Мао никогда не забывали подчеркнуть силу китайских традиций, даже если их следующим шагом было уничтожение этих традиций. Мао презрительно отзывался о «феодальных» императорах, но при этом стремился воссоздать помпезность времен императорского правления. Сунь утверждал, что древнекитайская философия в действительности сходна с принципами западной демократии. Его бывший протеже Чан Кайши, возглавивший после смерти Суня национальное правительство, основал в 1920?х «Движение за новую жизнь» с целью возрождения традиционных китайских ценностей. Нападки радикальной интеллигенции на отсталость некоторых аспектов китайской культуры всегда вызывали возражения со стороны другой части интеллигенции, указывавшей на ее большую философскую ценность.

Исторический ревизионизм всегда имеет свои пределы. Как справедливо утверждали сторонники реформ, в разные периоды консервативная политическая культура Китая приводила к удушению прогресса. Вслед за первопроходческими морскими походами Чжэн Хэ минские императоры прекратили контакты страны с внешним миром, решив более не снаряжать военно-морских экспедиций на дальние расстояния и даже специальным указом запретив торговлю со своим ближайшим соседом — Японией. В XIX веке цинские правители, каковы бы ни были на то внутриполитические причины, отказались от культурных контактов с Европой. Показательно, что до 1861 года в Пекине не было министерства иностранных дел, а запрет на миграцию был снят только в 1893 году. Императоры позднего периода также отличались самодовольством и высокомерием. Это умонастроение сыграло с ними жестокую шутку, когда в 1895 году китайские войска потерпели поражение от японцев, нации, на которую китайский правящий класс до того момента самонадеянно смотрел сверху вниз, считая ее низшей во всех отношениях.

Сторонники проведения реформ эпохи поздней империи наталкивались на яростное противодействие со стороны значительной части элиты, вызванное ее почти религиозной приверженностью традиции. Реформаторы пытались подсластить призывы к модернизации лозунгами вроде: «Китайское учение в основе, западное учение для решения прикладных задач». Другие не принадлежащие к западному миру империи XIX века, такие как Османская империя на восточных рубежах Европы, сумели добиться модернизации с гораздо меньшими усилиями. Япония с ее Реставрацией Мэйдзи также продемонстрировала способность восточного общества к реформированию.

Несмотря на все вышесказанное, не стоит обманываться скоропалительными выводами об обособленности «китайского менталитета», основанными на истории политического консерватизма элиты. На рубеже XX века, в период направленного против иностранцев и поддержанного императрицей Цыси боксерского восстания, десятки тысяч китайских бедняков, таких как мой прапрадед Чау Касам, эмигрировали в Северную и Южную Америку и страны Карибского бассейна в поисках работы. Империя уже не в состоянии была удерживать их взаперти, и они воспользовались открывшейся возможностью. Обыкновенные китайцы были открыты внешнему миру, пусть даже этого нельзя было сказать об их правителях в Пекине.

Необходимо также заметить, что письменность, этот оплот китайской культуры, значительно упростилась в наше время. Теперь изучение языка дети начинают с пиньинь, системы передачи звуков китайского языка с помощью букв латинского алфавита. Китайцы также используют пиньинь как вспомогательное средство для набора иероглифов при отправке сообщений на мобильные телефоны и печатании на компьютерах. В 1950?х годах традиционная иероглифика была упрощена за счет сокращения количества составляющих иероглиф элементов. Несмотря на выражаемое некоторыми сожаление о прерванной этим упрощением культурной традиции, мало кто из китайцев, пользующихся новой системой письменности в повседневной жизни, желал бы вернуться к прошлому.

Японцы также внесли свою лепту в формирование языка, и довольно значительную, как бы яростно ни отрицали этот факт многие современные китайские националисты. В период после Реставрации Мэйдзи японские ученые заимствовали множество выражений из классического китайского языка и использовали их для обозначения таких современных западных понятий, как «общество», «экономика» и «окружающая среда». В конце XIX века, когда китайцы стали ездить в Японию, чтобы изучать там новые научные дисциплины, они вывезли эти термины обратно в Китай. Современные китайские диалекты, кроме того, обильно пересыпаны английскими словами[6].

Итак, мы видим, что вопреки легенде китайская культура вовсе не произросла в уже полностью сформировавшемся виде на берегах Хуанхэ, на протяжении столетий она подвергалась влияниям извне. Она менялась исторически иногда путем адаптации различных элементов, иногда — вследствие революционных изменений в обществе. Современный национализм в сегодняшнем Китае является столь же мощной силой, как конфуцианство в древности. Лекции Сунь Ятсена «Три народных принципа» (кстати сказать, вдохновленные Геттисбергской речью Авраама Линкольна) сейчас являются частью китайской политической культуры ничуть не в меньшей степени, чем «Суждения и беседы» Конфуция. Китайская культура к тому же гораздо разнороднее, чем принято думать. Население различных частей этой громадной и разноликой страны имеет часто резко противоречащие друг другу традиции и мировоззрение. Таким образом, справедливее было бы говорить о множестве взаимодействующих культур Китая, нежели о единственной доминирующей системе ценностей или едином образе жизни.

Между тем отношение Китая к собственной истории весьма противоречиво. Порой страна отрекается от прошлого, в других случаях, наоборот, отождествляет себя с ним. Иногда правительство выказывает величайшую почтительность к национальному наследию, вынося смертные приговоры тем, кто контрабандно вывозит из страны древности и художественные ценности; в других обстоятельствах оно проявляет культурный вандализм, как в случае, когда пекинские власти снесли перед Олимпиадой 2008 года исторические переулки-хутуны. Не менее противоречивы и взгляды обычных китайцев. Они любят поговорить о том, какой они древний народ, и, казалось бы, поддерживают идею о собственном великом «чувстве истории», однако в другое время они будут подчеркивать «новизну» своей страны и говорить о необходимости преобразований, чтобы сравняться с Западом.

Важнее всего то, что в Китае нет единомыслия относительно культурного наследия. На протяжении многих лет шла полемика о том, что следует оставить, от чего отказаться, и по этой причине культура продолжает меняется. Подобно Хуанхэ, этому древнему символу Китая, она течет и делает повороты. Не лучше ли воздержаться от ленивых догадок о ее следующем витке?

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

3. КИТАЙ

Из книги Американская империя автора Уткин Анатолий Иванович

3. КИТАЙ Размеры изменения Китаем расстановки сил в мире таковы, что миру понадобится от 30 до 40 лет, чтобы восстановить потерянный баланс. На международную сцену выходит не просто еще один игрок. Выходит величайший игрок в истории человечества: Ли Куан Ю, 1999 Глобальное


Китай

Из книги Проблема 2033 автора Пономаренко Валентин

Китай Удивительная страна: именно здесь во 2-м веке Цай Лунь изобрел бумагу, которая только через 400 лет проникла в Японию, но книгопечатание начато было в Европе. Компас также изобретен в Китае, но применять его, 12 веков спустя, стали также европейцы. Порох, придуманный


НОВЫЙ ДЕНЬ – НОВЫЙ КРИЗИС

Из книги Shell шокирует мир автора Кумминс Ян

НОВЫЙ ДЕНЬ – НОВЫЙ КРИЗИС Йерун ван дер Веер получил боевое крещение в должности председателя Shell, а Малколм Бриндед испытал на себе гнев инвесторов в качестве нового главы подразделения исследований и производства.Бриндед, выпускник Кембриджа и энтузиаст горного


КИТАЙ

Из книги 2008_33 (581) автора Газета Дуэль

КИТАЙ Хорошая статья опубликована в «Дуэли», № 19(568) за 2008 год. Называется «Не та весна», автор К. Ерофеев. Про чешские события 1968 года рассказано интересно и вроде все верно. Но в бочке меда не без ложки дегтя. Вот Ерофеев пишет: «Вместо продуманных и осторожных реформ по


Новый «новый человек»

Из книги Дело и Слово. История России с точки зрения теории эволюции автора Калюжный Дмитрий Витальевич

Новый «новый человек» Традиционному культурному обществу для выживания требуются люди, которые умеют соображать, и установление этических норм. Обществу потребления (структурам рынка и финансов) нужны люди, которые не умеют соображать и не имеют этических норм.Нам тут


КИТАЙ

Из книги Антология современного анархизма и левого радикализма. Том 2 автора Цветков Алексей Вячеславович

КИТАЙ Народ, добившийся победы революции в своей стране, должен помочь тем, кто еще борется за освобождение. Таков наш международный долг. Председатель компартии Китая Мао Цзэдун. Маленькая красная книжечка Сейчас, когда я размышляю о разностороннем опыте, который я


Глава 11. Новый соперник: Китай рвется в Арктику

Из книги Битва за Арктику. Будет ли Север Русским? автора Инджиев Артур Александрович

Глава 11. Новый соперник: Китай рвется в Арктику С тех пор как в Северном Ледовитом океане начал таять лед, открывая новые морские пути и доступ к огромным запасам полезных ископаемых, Китай тоже с жадностью стал присматриваться к Арктике. Пока что Пекин сдерживается, чтобы


Новый «шелковый путь» или одностороннее движение в Китай?

Из книги Станет ли Россия вновь империей? автора Рар Александр Глебович

Новый «шелковый путь» или одностороннее движение в Китай? С одной стороны, Запад и Россия заботятся о стабильности на Южном Кавказе. Россия видит в Азербайджане стратегического партнера по международному бизнесу. В то же время Южный Кавказ является для России важным


А как же Китай?

Из книги Истории больше нет: Величайшие исторические подлоги автора Степаненко Андрей Георгиевич

А как же Китай? Если начать копаться, выясняется, что селитра в Китае все-таки есть, но не в том Китае, где жили и творили иезуит Маттео Риччи и «ученый широкого профиля» Нидэм, а в том, где лежат страны Сина[10] и Сера, – в Верхнем Египте. Зикенбергер (словарь Брокгауза и


Китай

Из книги Русский булочник. Очерки либерал-прагматика (сборник) автора Латынина Юлия Леонидовна

Китай Главной причиной фантастически быстрого развития Сингапура при Ли Куан Ю, как и Пруссии при Фридрихе Великом, был вопрос физического выживания страны, как перед лицом Малайзии и Индонезии так и перед лицом диверсионно-пропагандистской машины китайских


Китай

Из книги Надо ли России бояться Китая? автора Беззубцев-Кондаков Александр

Китай В истории человечества была одна страна, которая встала на путь модернизации на несколько веков раньше прочих.В этой стране были построены первые в истории человечества механические часы; она первая стала строить водяные и ветряные мельницы и морские суда с


«Китай не там, Китай на нашей стороне»

Из книги Мифы о Китае: все, что вы знали о самой многонаселенной стране мира, – неправда! автора Чу Бен

«Китай не там, Китай на нашей стороне» Сначала я вижу мост, и на мосту сидят все бабы с грибами да ягодами… Только за мостом — вот чудеса-то! — будто Китай. И Китай это не земля, не город, а будто дом такой хороший, и написано на Нем: «Китай». Только из этого Китая выходят не


Кто потерял Китай?

Из книги Как США пожирают другие страны мира. Стратегия анаконды автора Матанцев-Воинов Александр Николаевич

Кто потерял Китай? Мифы о Китае отвлекают наше внимание от чрезвычайно важных процессов, происходящих сейчас в стране. «Для такой революционной идеи, как коммунизм, в Китае просто нет подходящей почвы», — к такому выводу приходит Карл Кроу в своей напичканной


Китай: новый лидер в мире

Из книги БРИКС против диктатуры доллара автора Клаус Алексей

Китай: новый лидер в мире В современном мире немного стран, отваживающихся вести самостоятельную политику в отношении США, вернее, их только две: Китай и Россия. Есть, конечно, еще Северная Корея, Венесуэла, Куба, Иран и некоторые другие страны, вставшие на путь прямой


БРИКС: новый валютный фонд и новый банк развития

Из книги автора

БРИКС: новый валютный фонд и новый банк развития Паулу Ногейра Батишта Мл., «Carta Maior», БразилияНастала очередь БРИКС показать, в особенности странам с развивающейся экономикой, почему и для чего мы хотим расширить возможности влияния и принятия независимых