ПАРИЖСКИЕ ТАЙНЫ

ПАРИЖСКИЕ ТАЙНЫ

Прошу у читателя прощенья за крепкие обороты в тексте, но правда прежде всего.

Знаменитая издательница и публицистка, о крутом нраве и сочном русском языке которой давно слагаются легенды и в эмиграции, и в России, назову ее здесь Марьей Васильевной — сказала:

— Парижские тайны требуют времени. Надеюсь, вы не собираетесь потратить здесь ваше дорогое время на такую свалку, как Лувр?

Я замер. Отчасти чтобы скрыть смущение, отчасти оттого, что всплыли воспоминания: двенадцать лет назад я уже посетил Лувр.

Я с трудом попал тогда в писательскую тур-группу. На Париж нам было отведено четыре дня, на Лувр — четыре часа. Мы двигались строем, рассекая толпу, от экспоната к экспонату; нам было сказано, что отставших искать не будут. Звучало это почти так же, как: шаг вправо, шаг влево считается побег. Отставший и впрямь оказывался в незавидном положении: без обеда, без ужина и без внятных перспектив, потому что на счету был каждый франк.

Итак, мы шли, почти держась за руки, как детсадовская группа, и внимали экскурсоводу, но когда впереди показалась Венера Милосская, со мной что-то произошло. Я вдруг подумал, что никогда больше ее не увижу (был 1984 год, «холодная война»). Еще я подумал, что Алпатов советует непременно обходить скульптуру кругом. Словом, я отцепился от группы и, наступая на чьи-то ноги, слушая чье-то шипенье, пошел, как сомнамбула, вокруг статуи. Я прошел уже четверть круга, когда был схвачен за руку, остановлен, выдернут из блаженства, обруган и утащен догонять группу. Меня ждали. Из-за меня уже начали чуть-чуть стервенеть, потому что группа потеряла темп. Сжавшись, я выслушал все, что полагалось. Я знал, что поступил плохо. Но это была Венера Милосская — в первый и в последний раз в моей жизни.

Лишь двенадцать лет спустя выяснилось, что — не в последний.

Я попал в Париж в марте 1996 года — на международный симпозиум памяти Владимира Максимова: Максимов, писатель-эмигрант, основатель и редактор журнала «Континент», яростный публицист, раздразнивший своими последними статьями в «Правде» и правых, и левых, — умер за год до того в Париже.

Народу эмигрантского пришло много. Даже неожиданно много. Марья Васильевна дала этому факту столь же неожиданное (для меня) объяснение:

— Деньгами запахло. Если к власти в России вернутся коммунисты, все эти люди получат работу — бороться с ними.

— А если коммунисты не придут? — робко предположил я.

— Тогда все эти люди в жопе, — сказала она.

Я умолк.

Не буду подробно рассказывать о симпозиуме — тут нужен другой жанр, другой настрой и другой объем. Скажу только, что спектр был богат и представителен, а проблематика актуальна. Из приехавших россиян: Лариса Пияшева говорила о нашей бедственной экономике, Юрий Давыдов — о бедственной нашей истории, Игорь Виноградов — о бедственной духовной ситуации. Однако Фазиль Искандер, Андрей Дементьев и Чингиз Айтматов не давали нам впасть в уныние, что было весьма кстати, потому что «другая сторона», кажется, ожидала от нас именно уныния. На «другой стороне» блистали Андрей Синявский, Эдуард Кузнецов, Владимир Буковский, Эрнст Неизвестный, Наталья Горбаневская, Алексис Берелович…

Спорить мне ни с кем не хотелось, но пару раз я испытал желание задать оратору вопрос.

Во-первых, когда академик Осипов демонстрировал статистику, согласно которой Россия по всем цивилизованным социологическим допускам давно «зашкалила», — хотелось спросить: но тогда мы должны быть уже трупами? Или, может быть, имеет смысл учредить для России особые допуски?

Во-вторых, когда старый «левак» Андрэ Глюксманн объяснил, что тоталитаризм — это не что иное, как наивная попытка индивидов обрести бессмертие, как и община, как и нация, — хотелось спросить: а демократия тоже попытка обрести бессмертие?

Но ораторам я вопросов так и не задал. Я их задал в кулуарах Марии Васильевне. В статистику она вникать не стала, а о Глюксманне заметила, что когда-то дважды перед ним извинялась за то, что напечатала статью Пятигорского…

— О, это где Пятигорский дважды послал Глюксманна в задницу? радостно откликнулся я, блистая эрудицией.

— Не в задницу, а в жопу, — уточнила Марья Васильевна.

Дальнейшее происходило вечером близ Сен-Жерменского подворья, где и обретались парижские тайны, обещанные мне Марьей Васильевной взамен «свалки» Лувра. Должен признать: то, что она мне показала, производило-таки впечатление: улочки шириной «с коридор», площадь величиной «с комнату», фонтан, бьющий «из-под плит». И, наконец, «Кентавр» Сезара, поставленный в память о Пикассо: нормальный мощный чугунный кентавр, вознесенный на нормальный мощный каменный постамент. Подошли — боже мой! — да он не «отлит», а склепан из «посторонних» предметов! То, что казалось роскошным хвостом, обернулось при ближайшем рассмотрении пучком кухонно-дворовой утвари: щетка, лопата, швабра…

— Не хватает «калашникова», — решил я сострить. — Но торчать он должен из другого места.

— В другом месте уже достаточно, — отбрила Марья Васильевна и предложила удостовериться.

Я удостоверился и, вернувшись к букету швабр, воздал должное:

— Впервые вижу, чтобы столько всего торчало из-под хвоста!

— Не из-под хвоста, а из жопы, — поправила Марья Васильевна. — Ну, кого в Лувре можно поставить рядом с ним?

— Некого!! — возликовал я.

«И потирая руки, засмеялся довольный».

И все-таки в последний парижский день я сбегал на «свалку», скрыв мой позор от строгой собеседницы.

Я явился туда к трем часам, потому что с трех в Лувре билеты дешевеют вдвое.

Я спустился во чрево, под изумительную стеклянную пирамиду, возведенную среди старинного квадратного двора для прикрытия гардеробов и прочих швабр.

Я купил билет, разделся, взял путеводитель.

Времени у меня было — только на мировые шедевры.

Я нашел «Нику» и побегал вверх-вниз по лестницам, оценивая Победительницу с разных точек.

Я нашел «Рабов» Микеланджело, посмотрел, как они взаимодействуют, и прикинул, не учел ли опыт Роден в «Гражданах Кале».

Я нашел «Джоконду». Нашел по изумительному, медово-золотому сиянию, которое не передается никакими репродукциями. Я сделал шаг вправо и шаг влево, проверяя эффект «слежения глазами». Я сравнил ощущения: когда за тобой следит загадочно улыбающаяся Мона Лиза и когда в тебя упирается мооровский палец: «Ты записался добровольцем?» — и убедился, что это совершенно разные ощущения.

И, наконец, я пошел к Венере Милосской. Я перед ней встал. Постоял. Потом медленно, как учил Алпатов, пошел вокруг, «против солнца», не отрывая взгляда.

И сделал полный круг.

Не было рядом Марьи Васильевны. А то спросила бы: ну как? рассмотрел? И уточнила бы, что именно.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ПАРИЖСКИЕ ОЧЕРКИ МУЗЫКА

Из книги Очерки 1922-1923 годов автора Маяковский Владимир Владимирович

ПАРИЖСКИЕ ОЧЕРКИ МУЗЫКА Между мной и музыкой древние контры. Бурлюк и я стали футуристами от отчаянья: просидели весь вечер на концерте Рахманинова в "Благородном собрании" и бежали после "Острова мертвых", негодуя на всю классическую мертвечину.Я с полным правом


ПАРИЖСКИЕ ПРОВИНЦИИ

Из книги Русское общество в Париже автора Лесков Николай Семенович

ПАРИЖСКИЕ ПРОВИНЦИИ Раньше было так: была в России провинция, медвежьи углы и захолустье. Где-то далеко были российские столицы – широкие, кипящие мировыми интересами. А совсем над всеми был Париж – сказочная столица столиц.И здесь, как и во всем, Октябрьской революцией


ПАРИЖСКИЕ ЧЕХИ

Из книги Новости из Кремля автора Зенькович Николай Александрович


Тайны. кругом одни тайны

Из книги Новые парижские тайны автора Сименон Жорж

Тайны. кругом одни тайны Прокуратура РСФСР изъяла подлинники документов и рукописи книги, свидетельствующие о переводе денег из Советского Союза зарубежным коммунистическим партиям и движениям. Эти документы имелись в распоряжении редакции еженедельника «Россия» и


Дежурная полицейская часть, или новые парижские тайны[25] (перевод И. Русецкого)

Из книги Жулики, добро пожаловать в Париж! автора Гладилин Анатолий Тихонович

Дежурная полицейская часть, или новые парижские тайны[25] (перевод И. Русецкого) 1. Граждане, полиция бодрствует— Тишина! — произнес усатый мужчина, набив трубку и бросив взгляд на пульт, на котором не горело ни одного огонька. Часы показывали половину двенадцатого: через


Парижские фокусы

Из книги Время Ч. автора Калитин Андрей

Парижские фокусы Кончались школьные каникулы, я не придумал ничего интересного для моей младшей дочери Лизы. Когда она восьмилетней приехала в Париж, я легко ей находил развлечения. Она покаталась на всех парижских каруселях, мы исправно посещали Тронную ярмарку, где


Глава 10 Парижские тайны

Из книги Том 10. Публицистика автора Толстой Алексей Николаевич

Глава 10 Парижские тайны Случай у бассейна Этот случай произошел в одном из самых дорогих и фешенебельных отелей Парижа. Только что к парадному подъезду плавно подкатили два новеньких «БМВ». «Новые русские» гости вальяжно раздавали чаевые и неторопливо заказывали себе


Парижские тени

Из книги Газета Завтра 929 (36 2011) автора Завтра Газета

Парижские тени Идете вверх по Елисейским полям к площади Звезды. Каштановые аллеи с боков, старые платаны поникли от зноя. За платанами в мареве подняты острые крылья крылатых коней над стеклянной крышей Большого Салона. По асфальту Елисейских полей — далеко, до


Алексей Гордеев -- Парижские шкурники

Из книги Столицы Запада автора Кушнер Борис Анисимович

Алексей Гордеев -- Парижские шкурники Очередное заседание "контактной группы по Ливии", прошедшее 29 августа в столице Франции, было отмечено не только рекордным составом участников (в работе заседания приняли участие представители 63 государств), но и принятыми решениями.


Парижские гастроли

Из книги Настоящая принцесса и другие сюжеты автора Акунин Борис

Парижские гастроли Парижские гастроли СЕМЬ НОТ С большим успехом прошло турне лауреатов и дипломантов IV Международного конкурса пианистов памяти Веры Лотар-Шевченко. На этот раз всё началось с Лазурного Берега, где вовсю светило солнышко и можно было поплескаться


Парижские катакомбы (фотоэкскурсия)

Из книги Парижские письма виконта де Лоне [Maxima-Library] автора Жирарден Дельфина де

Парижские катакомбы (фотоэкскурсия) 18.10.2011 Об этом удивительном месте я упоминал в книге «Кладбищенские истории», однако (признаюсь честно) собственными глазами его не видел, просто посмотрел фотографии. Здесь и далее — фото парижских катакомб, архив автораПричина —


V. Бодлер, или парижские улицы

Из книги Газета Завтра 592 (13 2005) автора Завтра Газета

V. Бодлер, или парижские улицы Tout pour moi devient allegoric. Baudelaire. Le Cygne18 Талант Бодлера, питающийся меланхолией, – талант аллегорический. У Бодлера Париж впервые становится предметом лирической поэзии. Эта лирика – не воспевание родных мест, взгляд аллегорического поэта,


ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности

Из книги Газета Завтра 592 (13 2005) автора Завтра Газета

ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности Владимир Бондаренко Владимир Бондаренко ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности Влюбчивый у нас в России народ. Путин уже


ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности

Из книги автора

ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности Владимир Бондаренко 0 Владимир Бондаренко ЛЮБИМОЕ ЧТИВО ПУТИНА. Парижские тайны российской словесности Влюбчивый у нас в России народ. Путин уже