Дмитрий Корниенко ИГРЫ В КЛАССИКОВ

Дмитрий Корниенко

ИГРЫ В КЛАССИКОВ

Прогулка

Антон Палыч, прогуливаясь по бульвару, зашел в магазин.

— Чего изволите? — стараясь дышать в другую сторону, спросил помятый приказчик.

— Отмерьте-ка мне, милейший, три аршина счастья, детишек повеселее пару рулонов. А еще… — Антон Палыч стыдливо приложил ладошку ко рту, — куртизанку по выкройке 90—60–90.

— Не извольте беспокоиться, Антон Палыч. Все сделаем в лучшем виде. — Приказчик обнажил ровные желтые зубы и полез под прилавок.

«Все-таки приятно, когда все такое удобное», — вдохнув запах свежего газетного утра пятью минутами позже, подумал Антон Палыч. Рулоны с детьми ровно грели сердце и печень.

Сон Веры Павловны

И снится Вере Павловне такой сон. Будто идут они с соседом Антоном Палычем по глянцевому бульвару. Вокруг белым-бело, снежок скрипит под сапожком, заходящее солнышко ласкает глаз — в общем, благодать. И вдруг поворачивается к ней Антон Палыч, да и говорит: «А что это вы третьего дня, любезная, свой дом поутру не свернули в трубочку? Я ж хотел проехать, а ни в какую. Пришлось править насквозь. Так что не надо было из будуара кричать, что вы не одеты». А сам смеется, словно кот, и как за бочок щипанет.

Ну Вера Павловна тут же и проснулась.

За окном настойчиво билась в стекло заплаканная ива. Под полом шуршали библиотечные мыши.

«Свят-свят, — перекрестилась Вера Павловна на образ. — Приснится же такое. Кареты, что могут сквозь бумагу ездить…»

Новости

Антон Палыч откушал водочки, хрустнул огурчиком и посмотрел на жену.

Софья Абрикосовна, обмахиваясь веером в виде камбалы, читала телевизор.

— И что сейчас, Софья Абрикосовна, в мире-то происходит?

— Ох, Антон Палыч, сплошное бесстыдство. Вот в колонке СИД рассказывают, что намедни в мавританском городе Парижу снова беспорядки штудиусов. Подожгли памятник генералу Ля-голю. В Баварии ураган краски. Службы восстанавливают заголовки домов. А вот еще любопытное. Ацтеки выразили ноту протеста нашему консулу в связи с дрейфом в сторону империи куска Аляски.

— Кроме политики, что-с интересного?

— В романе с продолжением-с «Усадьба-2», что на Нитро-полосе, передают, что у крепостной Осташко снова амуры с барином Степаном. На первом развороте концерт заморских скоморохов «Картонника». Все патлатые, вылитые диаволы с картины Страшного суда!

— Одно бесстыдство, — сокрушенно вздохнул Антон Палыч. — Корректора на них нет.

Охота

Антон Палыч любил охоту. Осенью, когда стаи бумажных журавликов подавались на юг, он выезжал в свое поместье и охотился на газетных уток. А когда удача к нему была особенно благосклонна, Антону Палычу удавалось настрелять отличных чернильных куропаток.

Дуэль

— Вы невежа, сударь! — Перчатка Антона Палыча с хрустом заехала гусару по щеке.

Тот, опалив обидчика взглядом, положил руку на саблю.

— Что ж, милейший, сколько угодно. Я вынужден потребовать у вас сатисфакции. Немедленно.

Антон Палыч побледнел, но взгляда не опустил. Сказать по чести, к этому шло весь вечер. Сначала гусаришка наступил Антону Палычу на ногу, затем вылил бокал вина прямо под ноги Софье Абрикосовне и, наконец, — верх бестактности! — на ее справедливое замечание о необходимости извиниться подлец пробурчал: «Дура, курсивом набитая».

От такого любой благородный человек взялся бы за перчатку.

— Я к вашим услугам, — сухо отвесил поклон Антон Палыч. — Выбор оружия за вами.

Гусар смерил пронзительным взглядом худую фигуру противника, словно снимая мерку для гроба.

— Пистолеты. У меня как раз в седельных сумках завалялась пара добрых французских пистолей.

— Что ж, отлично, господин как-вас-там…

— Ландо. Петр Ландо. Думаю, вам стоит запомнить имя человека, который пустит пулю вам в лоб.

— Вы подлец, сударь, но я уже повторяюсь. Мне кажется, довольно болтовни.

На том и порешили. Гости гурьбой высыпали в зимним сад, секунданты быстро расчистили площадку. Петр Иванович, лучший друг Антона Палыча, проверил пистолеты.

— К барьеру! — крикнул молодой корнет, секундант Ландо.

Нервничая, Антон Палыч сжевал кусок промокашки. Красная как кровь луна вынырнула за спиной гусара. «Плохая примета. Хорошо б — для него», — подумал Антон Палыч.

— Сходитесь! — От сорвавшегося голоса корнета с берез слетал снег.

Антон Палыч, видя лишь голубые глаза на меловом лице Ландо, сделал три шага. Пуля скользнула изо рта в дуло, сухо щелкнул курок.

Гусар вскрикнул и осел на снег. У него во лбу плевком застыл кусок промокашки.

Мода

— А слыхали ли вы про новую столичную моду, господа? — раскуривая трубку в традиционном пятничном салоне, спросил у присутствующих Антон Палыч. — Многие странные личности стали придумывать себе писателей. Так, некий убивец Раскольников, взяв в соавторы Алексея Карамазова, намыслил историю о господине Достоевском. А сосед наш Чацкий поведал о Грибоедове.

— Это что, — раскидывая карты для виста, хмыкнул Герман. — Вон мне помещик один болтал, что обычный пескарь тоже выкинул подобную штуку. Да и имя писаке такое придумал, хоть за животики держись. Салтыков-Щедрин!

Бомбисты

Все произошло, когда Антон Палыч прогуливался возле Аресова Поля. Идущий по другой стороне улицы мастеровой как-то суетливо огляделся по сторонам, а затем выдернул из-за пазухи белый сверток и швырнул его в проезжающую карету. Шуршануло так, что заложило уши.

Антон Палыча сильным толчком отбросило к ограде.

— Анархисты-журналисты! — завопил кто-то, и тут же затрещали полицейские свистки.

— Что же это делается?! — простонал Антон Палыч, качая гудевшей, как колокол, головой.

Посреди брусчатки огромным комком дотлевала карета, переломленная раскаленным заголовком «Вор и казнокрад».

— Газетные, курвы, используют, — пробасил над ухом подбежавший жандарм.

— Что? — переспросил Антон Палыч.

— Бомбы, говорю, газетные. Это, почитай, тиражей в тысячу рванула, — снял фуражку жандарм. — Креста на них нет, на иродах.

Концерт

В Большом была премьера. Давали концерт для стила с оркестром. Среди публики присутствовали два генерала и один козырной туз.

Антон Палыч, глядя на последнего, подосадовал, что не взял свой картонный цилиндр. Но тут выключили свет, и перфоманс начался.

На сцену вышел дирижер, музыканты перед огромным белым листом ватмана достали перья. Легкий взмах палочки — и в очи зрителей полились божественные ноты музыки.

Конец света

Ветер рвал крыши с домов и уносил к заливу. Антон Палыч, придерживая шляпу, мелко перекрестился и забежал в переулок. При взгляде на разгул стихии невольно вспоминались предостережения батюшки: «Спасется лишь тот, кто верует и отринет Объем при жизни. И обретет он царство небесное. Покайтесь, грешники, дабы миновало вас плоскодушие и плоскосердие. Ибо зрю я — последние дни наступают. Предпечатные».

Мимо, грустно мыча, пролетела корова.

— Ох, ох, что делается, — запричитал Антон Палыч. — Господи, спаси и помилуй.

А в предвечернем небе уже опускался пресс печатного станка.

© Д. Корниенко, 2007

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

4.14. Игры с Америкой

Из книги Предавшие СССР автора Стригин Евгений Михайлович

4.14. Игры с Америкой 4.14.1. Виновата ли в наших бедах Америка? Всегда приятно, когда виноват не ты, а кто-то другой. Вот только исправить (или исправиться) можно лишь тогда, когда понимаешь, что во всем винить нужно именно себя. Не предусмотрел, не рассчитал, не учёл, не


4.15. Игры в демократию

Из книги Газета Завтра 195 (34 1997) автора Завтра Газета

4.15. Игры в демократию 4.15.1. Игры в демократию начал почти сразу после становления Генеральным секретарём ЦК КПСС. В том же 1985 году, пребывая в Ленинграде он «случайно» вышел побеседовать с жителями города и «случайно» рядом оказалось телевидение. Надо сказать, что эффект


КОШКИНЫ ИГРЫ

Из книги Аристос автора Фаулз Джон Роберт

КОШКИНЫ ИГРЫ Денис ТумаковКак можно президенту расправиться одним махом с четырьмя “государственными” делами: отложить проведение судебной реформы, закрыть глаза на бедственное положение исправительных учреждений, поднять собственный авторитет и напомнить о своей


Игры

Из книги Проблема личности в философии классического анархизма автора Рябов Петр


§1. Общее в рассмотрении проблемы личности у классиков анархизма: личность и государство

Из книги Русский Newsweek №36 (303), 30 августа - 5 сентября автора Автор неизвестен

§1. Общее в рассмотрении проблемы личности у классиков анархизма: личность и государство Как, вероятно, уже стало ясно из предшествующего рассмотрения, анархизм, как мировоззрение и течение мысли, не представляет собой какой-то единой доктрины или учения: это широкий


Сетевые игры

Из книги Маркс против русской революции автора Кара-Мурза Сергей Георгиевич


Глава 5. Как понимать «пролетарский интернационализм» классиков марксизма? Какие народы достойны существования? 

Из книги Статьи из журнала «Компания» автора Быков Дмитрий Львович

Глава 5. Как понимать «пролетарский интернационализм» классиков марксизма? Какие народы достойны существования?  В 1882 г. Энгельс все еще считал славян смертельным врагом Запада и откровенничал Каутскому: «Вы могли бы спросить меня, неужели я не питаю никакой симпатии к


Продолжить игры

Из книги Агрессивные Штаты Америки автора Кастро Фидель

Продолжить игры В России дан старт очередной избирательной кампании, выборы в Государственную Думу назначены на 2 декабря, и все почему-то испытывают по этому поводу сильный энтузиазм. Меня это обижает — вроде как единственного трезвого в застолье. Всем налили, все


Обама — вне игры?

Из книги Литературная Газета 6347 ( № 46 2011) автора Литературная Газета

Обама — вне игры? С удивлением я прочел поступившие телеграфные сообщения о внутренней политике США, из которых явствует систематическое падение влияния президента Барака Обамы. Его поразительная победа на выборах была бы невозможна без глубокого политического и


Дело классиков

Из книги Итоги № 6 (2012) автора Итоги Журнал

Дело классиков Дело классиков ЧИТАЮЩАЯ     МОСКВА Борис Куркин. Оперативное дело "Ревизор": Опыт криминального расследования. - М.: Эльф ИПР, 2011. - 201?с. - 1000 экз. Как указано в предисловии, "автор, имеющий за своими плечами опыт далеко не мирной жизни, давно уже пришёл к


Забег классиков / Искусство и культура / Художественный дневник / Музыка

Из книги Духи времени автора Рубинштейн Лев Семёнович

Забег классиков / Искусство и культура / Художественный дневник / Музыка   Главная институция отечественной музыкальной жизни подошла к очень серьезной дате. Появившаяся на свет официально в 1922 году благодаря наркому Луначарскому, Московская


Вне игры

Из книги Газета Завтра 951 (8 2013) автора Завтра Газета

Вне игры О футболе мне говорить легко и необременительно, как всегда бывает легко и необременительно говорить о тех вещах, в которых ты не понимаешь решительно ничего. Впрочем, слегка лукавлю. Совсем ничего не понимать в футболе практически невозможно. Особенно в нашей


Анатолий ЛЮБАВИН: «Не нужно бояться сталкивать классиков…»

Из книги Русский рулет, или Книга малых форм [Игры в парадигмы (сборник)] автора Губин Дмитрий Маркович

Анатолий ЛЮБАВИН: «Не нужно бояться сталкивать классиков…» Анатолий ЛЮБАВИН: «Не нужно бояться сталкивать классиков…» МАСТЕР Уже не первый раз за всю историю искусства утверждается, что искусство кончилось, всё было и ничего нового уже не будет... Часто мы слышим упрёки