Андрей Рузанкин НЕНАВИЖУ ТЕЛЕФОН!

Андрей Рузанкин

НЕНАВИЖУ ТЕЛЕФОН!

Прошло пять лет, как я нахожусь здесь. У меня нет ни имени, ни фамилии, ни отчества. Нет родственников и друзей.

Я — двадцать седьмой. Целыми днями сижу с кабинете и отвечаю на шквал телефонных звонков. Времяпровождение не обременительное, по нудное. Номер для отдыха — рядом. Выйти из комплекса нельзя, кругом охрана. Но внутри есть небольшой лесок, со спрятавшимся под кронами сосен озером. Здесь можно провести свободное время.

Развлечений немного: библиотека, компьютер с ограниченным набором программ, телевизор. Доступен Интернет, но под строгим контролем. А охрана не спит, проверено на горьком опыте.

Досуг провожу однообразно. Валяюсь на диване с книгой или играю на компе. Словно в наказание, на моей машине установлена та самая стрелялка, что помогла очутиться здесь. И я часами, тупо, с остервенением, мочу монстров. Без удовольствия, словно выполняя тяжелую, грязную работу. Тот, давний поединок, не прошел даром. Но о нем позже.

Время от времени общаюсь с товарищами по несчастью. Говорят, нас стало тридцать. Значит, после меня здесь появились еще трое. А недавно пошли слухи об исчезновениях. Вроде бы пропали несколько «посвященных». Проверить невозможно, но дыма без огня не бывает.

Мы — работники службы «телефона доверия». Преданно служим техническому монстру, внутренне ненавидя его. Главные адепты и заклятые враги. Каждый из нас мечтал уничтожить телефон. И каждый потерпел поражение в честном поединке с НИМ. С тем, кого за глаза зовут «Абонент».

Пять лет жизни я отдал ЕМУ, верный своему слову. За это время я преодолел солидный отрезок «пути». И понял, что смогу уйти отсюда. Все, что хотелось высказать, занесу в тетрадь. Если задуманное удастся, ОН прочтет мои записи.

Хроника становления

Я странный. Меня не понимают и считают ненормальным. Не краду деньги и не бросаю мусор мимо урны. Не возмущаюсь в очереди и уступаю старушкам место в трамвае. Не курю и не наркоман. Но это ничего не значит в глазах окружающих. Дело в том, что я совершил непоправимое. Покусился на самое святое в сегодняшней жизни — на телефон.

Этап: «Хроник»

Я с детства не любил его. Возможно, по мере взросления удалось бы примириться с неизбежным. К сожалению, не сложилось. Родители считали себя великими педагогами. При любой возможности они заставляли звонить родственникам. Долгое время спасало отсутствие телефона. Не было его в квартире! Но те редкие звонки, когда требовалось идти к соседям и под пристальными взглядами чужих людей брать трубку, погружали в пучину уныния. Если же я пытался обойтись без любопытных ушей и скрепя сердце шел к телефону-автомату, то… Неожиданно выяснялось, что в имеющихся на весь район пяти автоматах ловить нечего. У трех оборваны трубки, четвертый гордо несет табличку «не работает», а пятый с завидным упорством поглощает монеты. При этом вовсе не собирается ни соединять тебя с собеседником, ни выплевывать мелочь в окошко с лживым названием «возврат монет». Как правило, поход по телефонам-автоматам оканчивался ничем.

Шли годы…

Школа закончилась, и учителя распрощались с учениками. Зато другое государственное учреждение не замедлило напомнить о долге перед Родиной. Тогда это называлось: «Почетная обязанность!». Бланк повестки бросил на нары призывных пунктов и раскрыл двери казарм. Стильную одежду сменила функциональная. Легкомысленные кроссовки капитулировали перед кирзачами. Команды: «Кругом! Шагом, марш! Смирно!» — убили живое общение. Семьсот тридцать дней «в сапогах». Армейская служба.

И там, в дали от дома, это исчадие ада, именуемое средством коммуникации, попило моей кровушки вволю. Стоишь дневальным «на тумбочке», и тебя постоянно достают звонки. С командного пункта, автопарка, столовой, да и еще бог весть откуда. И это в то время, когда ты с частотой замкнувшего реле вскидываешь руку к виску или, реагируя на чужих офицеров, орешь дурным голосом: «Дежурный по роте — на выход!!!».

Думаете, мучения кончились с окончанием службы? Как бы не так! А вы пробовали позвонить из института и попытаться получить позарез нужную формулу по сопромату? Кто пробовал — поймет. Остальным объяснять бесполезно.

В это же время — о ужас! — наш дом телефонизировали. В прихожей возле двери обосновался красный, угловатый, громко трезвонящий монстр. Помимо перечисленных недостатков, он обладал скверной слышимостью.

Молодость — пора бесхитростных забав. У меня появилась девушка. К несчастью, у нее тоже был телефон. К чему приводит общение по проводам вместо реального, объяснять не нужно.

Как бы в насмешку судьба уготовила мне работу, связанную с постоянными телефонными переговорами. Более того, на рабочем столе стоял только один аппарат, обслуживающий два номера. Его приходилось переключать с одной розетки на другую. Постоянные вопросы: «А куда я попала?» — и: «На месте ли Владимир Иванович» — страшно бесили меня. Отчаянно хотелось указать, в отверстие какой именно части тела попала звонившая и в каком конкретно учреждении должен находиться искомый индивидуум. Сдержаться удавалось не всегда…

Событие, круто изменившее жизнь общества, явилось в мир тихо, без помпы. Как робкая поросль на старом пожарище. Трудно поверить — пройдет совсем немного времени, и черные краски сгинут в буйстве зелени. Пришел Его Величество СОТОВЫЙ. Будучи дорогой игрушкой, он не досаждал, оставаясь привилегией бандитов и политиков. Но постепенно дешевел, становясь доступным простым смертным. Соты разрастались, охватывая страну пусть невидимой, но очень липкой паутиной. Попавший в сеть, пропадал навсегда…

Человечество подсело на сотовый наркотик. Дешевый, сладостный, доступный. Втянулось с радостью, искушаемое рекламой и не желающее думать о последствиях. Последние не заставили себя ждать.

Сотовый убил радость живого общения. Обыватели перестали нуждаться в обществе себе подобных. Хомо сапиенс стремительно превращался в хомо сотикус. Люди превратились в говорящих зомби. Пустые глаза, сотовый у уха. В кафе они умудрялись перекусить между разговором. В общественном транспорте разрывались между телефоном, кондуктором и желанием не проехать нужную остановку. Идущие по улице, ведя оживленный разговор, старались не угодить под колеса. Сидящие за рулем, отвечая на звонок, пытались не задавить первых. Как правило, это удавалось.

Долго смотрел я на медленную деградацию человечества. Вначале равнодушно. Потом с раздражением и досадой. Но когда все разговоры свелись к обсуждению новой модели сотового, не выдержал. Захотелось уничтожить электронное исчадие ада. И даже память о нем развеять в прах. Появилась мечта — вернуть людям прелесть общения. Когда, глядя в глаза собеседника, не натыкаешься на остекленевший взгляд, а видишь блеск глаз и ощущаешь живое течение мысли.

Вскоре решение было принято. Перчатка брошена. Война объявлена. Живые против зомби. Сапиенс или сотикус.

Этап: «Искатель»

Я с жаром принялся задело. Вначале изучил современную технику. Ту, что могла соперничать с ненавистным сотовым.

Увы, путь оказался тупиковым. Даже новейший видеофон является правнуком телефона. А телепортатор могут позволить лишь единицы. Те, кто приобрел личную АЭС. Такие люди существовали и пользовались последними достижениями техники. Но, как и первые мартовские лучи, погоды они не делали.

Затем пришло время изучения религии. Начиная от древних Вед и кончая современным учением Хаббарда. Это привело только к одному. Я убедился в хитрости составителей религиозных доктрин. В остальном — полное фиаско. Все ссылки на использование левитации и мгновенного перемещения в пространстве были тщательно искажены. И, увы, сделаны непригодными к использованию.

От религии цепочка потянулась к философским учениям. «Остановись мгновенье, ты прекрасно!» — просил классик. И человеку, столько почерпнувшему из сокровищницы знаний, стоило остановиться. И я, несомненно, сделал бы это, услышь хоть одно предостерегающее слово. Но сказать его было некому. Родня — далеко. Знакомым — некогда. А с возлюбленной я расстался. Она слишком любила болтать по телефону. Мудрый совет не прозвучал и движение по пути познания не прекратилось.

Изучение трудов по магии и волшебству оставило четкое ощущение: «Трачу время зря!». Зато эзотерические учения подсказали — я на правильном пути. Ведь вершина любой эзотерической системы — выход из тела. Свободное блуждание нашего «духа», он же «астральный двойник», где угодно. Отсюда всего один шаг до визуального общения на расстоянии. Прошло несколько лет, в череде семинаров по эзотерике, и шаг был сделан. Теперь выход из тела стал казаться забавой для начинающих. Но чтобы стать таким «начинающим», стоило потрудиться. Соискатель должен упорно работать над собой в течение года, полностью отказавшись от никотина и алкоголя. Ясно, что для широких масс этот метод не подходит. Не в Китае живем, в России… Именно поэтому была разработана оригинальная методика. Простейшая в пользовании, но дико сложная в научном обосновании. «ВОЛ» — техника визуального общения людей. Достаточно произнести кодовую фразу в определенной тональности или напеть нужный мотив, как происходит чудо. Сознание раздваивается. Основное «Я» позволяет вести обычный образ жизни: ходить, есть, реагировать на опасности. Вторая составляющая создания, так называемое «Я — там», может в это же время посещаться с нужным человеком. Вне зависимости от расстояния. Увидеть, поговорить, продемонстрировать объемное изображение. Даже почувствовать запахи!!! Недоступными оставались лишь тактильные и вкусовые ощущения. Но к ним, честно говоря, я и не стремился.

Этап: «Посвященный»

Счастливый и одухотворенный, я стал продвигать детище в жизнь. Для начала решил одарить открытием близких людей. Их реакция сравнима с ушатом ледяной воды, окатившим мою просветленную голову. Правду глаголет старая истина: «Нет пророка в своем отечестве». Озадаченный, я попытался осчастливить всех, с кем был знаком. Пусть чуть-чуть и едва. Не тут-то было… Те, кто составлял абсолютное большинство, говорили: «Старик! Зачем тебе все это надо? Сотовый стоит копейки, весит граммы и очень удобен. А ты советуешь петь какие-то странные мелодии. Забудь об этом!». Другие вроде бы соглашались попробовать. Но, увидев обращающийся к ним бестелесный призрак, сильно пугались. Одни закатывали истерику, другие — впадали в ступор. Стыдно признаться, чтобы связаться с нужным человеком, приходилось пользоваться вызовом, аналогичным телефонному. Вначале вопрос подсознанию вызываемого: «Не желаете ли, дорогой друг, пообщаться со мной?». И только после подтверждения — визуальное общение. Выражаясь образно, ВОЛ пытался сдвинуть тяжеленную арбу людских пристрастий и привычек.

Не сдаваясь, я приступил к обучению всех желающих. Точнее, попытался начать. К моему удивлению, народ не ломанулся неисчислимыми толпами за халявной возможностью. Более того, делающих обучиться практически не находилось.

Газетные объявления: «Обучу технике визуальной связи па расстоянии» тоже не имели успеха. Такая же участь ждала и организованные мною семинары. Зато не замедлили появиться те, кто предпочитает не светиться. Не афиширует свое существование и деятельность. Еще бы. Для любого «рыцаря плаща и кинжала» визуальная связь без применения технических средств была бы просто Божьим даром.

Первыми появились «Большие дяди с рыбьими глазами». Они вели себя культурно, вежливо и почти без угроз. Так, легкие намеки на крупные неприятности. Затем упор па внешних и внутренних врагов. В конце концов согласился обучить их контору тонкостям ВОЛа. Но не сложилось. Они потребовали эксклюзивности обучения и полной секретности. Вовремя вспомнил, что изобретателя пороха умный монарх держит взаперти. В тайном месте. Чтобы соседям секрет не выдал. Во избежание… Пришлось отказаться. Тогда вызвавший меня «на беседу> и такой любезный полковник ГБ перешел к неприкрытым угрозам.

Иметь во врагах всесильное ведомство не хотелось. Пусть к этому стремятся отдельные подвижники и заложники совести. Я — «посвященный», а не шизофреник-мазохист. Быстро сориентировавшись, принял ответные меры. Из памяти говорящего незаметно извлек сведения о высоком начальстве. В обычной ситуации прорыв в чужую психику невозможен. Но в любом правиле бывают исключения. Угрозы и агрессия открывают маленькие дверцы в чужом подсознании. Я не замедлил воспользоваться представившейся возможностью.

Запрос: «Данные по непосредственному руководителю?»

Информация: «Генерал В.И.Р., пол, возраст, семейное положение. Должность и звание. Награды и отличия. Телефоны: рабочий, домашний и, конечно, сотовый. Куда ж от него, поганца, денешься. Адрес, краткое досье».

Считал информацию и, осмыслив, наметил тактику воздействия. Вперед!!!

Уход в ВОЛ, и появление фантома перед глазами ошарашенного В. И. Р. Надо отдать должное, он оказался сильной личностью. Несмотря на шоковое состояние, наотрез отказался свернуть операцию. Пришлось пообещать, что буду появляться каждую полночь. Причем не бесплотным, молчаливым призраком, а с воплями, стонами, воем… Раскрашу роскошную обитель генерала кроваво-красной и траурно-черной палитрой. Не забуду о бодрящем запахе свежей крови и зловонии тления. Короче, качественные ночные представления с упором на элементы фильма ужасов. Возможно, с привлечением в зрители членов семьи.

Мужественный, волевой человек — абы кого не берут в космонавты. Не страшащийся никого и ничего в реальности. Он убоялся мира иллюзорного. И дрогнул. И уступил.

Сидящий перед моим «Я» полковник услышал зуммер вызова и поднес сотовый к уху. Выслушал, изменился в лице. Несмотря на терзавшие сомнения, возразить не решился. Ответил: «Есть» и, пожелав успехов В дальнейших исследованиях, отпустил с миром.

Визит к полковнику был первой ласточкой. Вскоре «большие дяди» пошли потоком. Они различались цветом кожи, национальностью и акцентом. Представляли несопоставимые по могуществу страны. Поклонялись разным богам и имели непохожие идеалы. Общим было только одно — требования. Полная секретность и эксклюзивное использование техник ВОЛа.

Представителей секретных служб сменили лидеры не менее тайных террористических организаций. Справиться с ними оказалось сложнее. Но фанатизм слеп и потому уязвим. Найти шатающийся кирпич в здании очередной античеловеческой доктрины — не задача для «посвященного».

Затем настал черед политиков, а чуть позже криминала. Последними в хвост очереди пристроились люди бизнеса.

Как правило, общение проходило спокойно, без неожиданностей. По уже описанному сценарию. Впрочем, душе не прикажешь. Некоторых, особенно приглянувшихся мне людей, я обучил. Но, помня о необходимости «защиты от дурака», давал не всю информацию. Ограничил использование подбором нужного звукоряда конкретным личностям. Не распахнул дверь настежь, а вручил личный ключ. Пользоваться сам — можешь. Передать другому — нет. Своеобразная «проверка на экологичность». Спросите: «Зачем я это сделал?». Отвечу: любой художник нуждается в признании таланта. ВОЛ— мое творение. И я — его художник.

Этап: «Противостояние»

Так продолжалось около года, пока однажды не случилось событие, круто изменившее мою жизнь.

Теплым летним вечером я гулял в парке. Дневная жара уже спала, а до ночной прохлады было еще далеко. Солнце садилось, и величавые сосны потянулись длинными тенями к моим ногам. Запах раскаленного асфальта сменился ароматом хвои. Легкий ветерок принес свежесть. Дышалось легко и свободно. Народу поубавилось. Молодые мамаши с колясками и вездесущими егозами уже закончили прогулки. Пенсионеры прекратили шахматные баталии и покинули парковые скамейки. А толпы шумной молодежи, будоражащие тишину диким хохотом, еще не появились.

В одиночестве бродил я по опустевшим аллеям, наслаждаясь покоем. Спокойствие во всем. Даже суетливые белки перестали скакать по веткам, иногда спускаясь вниз и выпрашивая подачки. Только в немногочисленных кафешках бурлила жизнь. Воздух оглашали убогие мелодии бездарных хитов. Под бессмысленные слова, рвущиеся из динамиков, народ накачивался третьесортным пивом. Выпив кружку, наливал по новой, заедая убогое пойло сухариками, таранькой, кальмарами и прочим пищевым мусором.

На одной из относительно спокойных аллеек я и повстречался с ним. С тем, кто определил мою судьбу на несколько долгих лет.

Одет дорого, но не броско. Светло-серый костюм, двойка, явно от прославленного кутюрье. Ну, в крайнем случае пошит на заказ. Даже дорогой бутик для этого круга людей — моветон. Стильный темно-серый галстук, слепящая безукоризненной белизной рубашка. Не ускользнули от моего внимания перстень с бриллиантом и старающийся остаться неприметным «ролекс». Сотового не наблюдалось, но по малозаметному выступу пиджака угадывалось — он на месте.

Действительно, сотовый на поясе носят только мелкие торговцы, в кармане рубахи — тинейджеры, а в сумочках-барсетках — мелкий чиновный люд. Встреченный мной человек явно принадлежал к элите общества. Чувствовалось, что за поворотом парковой аллеи, закрытой для проезда автомобилей, стоит черный «гелендваген». Ну, в крайнем случае тоже «мере», только «шестисотый». Нашпигованный накачанными молодцами в черных костюмах. С припухлостями подмышкой. С глазами, навсегда упрятанными за темными стеклами однообразно-стильных очков.

Незнакомец критически оглядел мой помятый, купленный на распродаже костюм, и едва заметно усмехнулся. Но не презрительно, как ожидалось в подобной ситуации, а по-доброму, с пониманием. Среднего роста, коротко стриженный, с чуть начинающей седеть темно-русой шевелюрой. Острый взгляд серых с голубизной глаз привлекал и одновременно пугал. Осанка и манера держаться вызывали уважение. В незнакомце чувствовались несокрушимая воля и необоримая сила. Чем-то неуловимо он напоминал молодого Берия, хотя явно был славянского происхождения. Он поздоровался. Я ответил.

— Столики под открытым небом располагают к беседе, — многозначительно намекнул неизвестный.

Я не неврастеник. Не страдаю мнительностью. Но, услышав предложение незнакомца, ощутил неприятную внутреннюю дрожь. Противно заныло под ложечкой. Согласился… Что-то подсказало мне: «Согласись. Упрямство обойдется слишком дорого!». Когда небожитель с вершин власти нисходит до простого смертного, тому необходимо согласиться на беседу. Информация не бывает лишней, да и для здоровья полезнее.

Незнакомец выбрал отдельно стоящий столики заказал минералки. Расторопный официант, словно из воздуха, вынул пару поллитровок «Борской». Странно… Приведись мне делать заказ, я выбрал бы именно эту воду. Чуть солоноватую, отлично утоляющую жажду. Несколько неожиданное совпадение.

Сев на хранящие дневное тепло пластиковые стулья, мы стали с интересом изучать друг друга.

«Кто ты — человече?» — подумал я. Судя по виду, преуспевающий владелец крупной фирмы или глава преступной группировки. Возможно, известный политик. Но внимательно посмотрев в лицо незнакомца, понял, что ошибся. Бездонный взгляд отливающих сталью глаз, гордая посадка головы и улыбка не оставляли сомнении. Это равный по силе духа человек. Возможно даже, как и я, «посвященный».

До этого момента мне не доводилось встречаться с равными, и я несколько опешил. Не от большого ума, а скорее от растерянности, я сказал себе: «Ну что, прощупаем Неизвестного?» — и выйдя из тела, нырнул в ВОЛ.

Перед моим «Я — там» возник зеркальный шар. На первый взгляд он казался монолитным. Посмотрим внимательнее… Я тщательно исследовал сферу со всех сторон, в надежде найти хоть какое-нибудь повреждение. Царапину, трещинку, щелку. Все было тщетно. Защита незнакомца оказалась непреодолима для меня! Я вернулся в тело. Увы, попытка прощупать сознание незнакомца окончилась неудачей.

В реальном мире прошли секунды. Я с опаской глянул на сидящего напротив. Он изменился. Глаза искрились весельем. Незнакомец, несомненно, почувствовал попытку проникновения и явно осознал ее результат. На миг глаза его затуманились, и я ощутил дискомфорт. Что и говорить, ощущение не из приятных. Воображение сразу пришло на помощь и нарисовало странную картину.

Внутри меня находится огромный детский мяч. На разноцветную игрушку прыгает маленький карапуз, стараясь сплющить. Мячик вырывается и, распрямляясь, сбрасывает шалуна. Глаза сидящего напротив обрели мысль, и мини-футбол закончился.

— У вас оригинальная защита, — похвалил таинственный собеседник. — Никогда не видел ничего подобного. Будто бронированный сейф поместили в огромный куб студня. Пытаешься добраться до замка, а студень не пускает. Причем становится то твердым, как гранит, то упругим, как губчатая резина. А то возьмет и расступится. Ты пронзаешь его и проваливаешься в пустоту. Очень необычная защита, а главное — непреодолимая.

Спасибо за хорошую оценку скромных возможностей, поблагодарил я. Оставаться в долгу не в моих правилах, и я вполне искренно ответил на комплимент:

— Ваша защита тоже впечатляет. Она не блещет изысками, зато подкупает совершенством. Сфера — вершина формы.

Он кивнул, принимая похвалу на свой счет.

— Почти как легенда о двух мечах. Мече разрушителе и мече, обходящем препятствия, — услышал я в ответ.

А ты не так прост. Начитан и блещешь эрудицией. Ясно, твой имидж «крутого» — маскировка. Под ней скрывается «посвященный». Равный мне по силе. Черт! Ситуация вышла из-под контроля. Надо выпутываться из нее, пока не увяз окончательно. Мысли лихорадочно метались, как мухи над навозном кучей. Я оставался в прострации, пока в голову не пришла неожиданная идеи. Как мне показалось, удачная. «Интересно, знаешь ли ты притчу о двух выдающихся самураях? Если знаешь, то мы с полуслова поймем друг друга и любой вопрос решим мирным путем». Отпив минералки, я, хитро прищурившись, спросил:

— Простите, уважаемый, не вы ли будете Миямото Мусаси? Мои оппонент на секунду растерялся, затем, подумав, рассмеялся и ответил:

— Да, а вы, конечно, Ягю Дзюбэй? Теперь улыбнулся я.

— Ну что ж, — удовлетворенно возвестил незнакомец. — Хорошо, что мы поняли друг друга. Идти в корчму нам не придется. Мы и так сидим в кафе. А облавные шашки «го» мы вполне сможем заменить. На что-нибудь другое, более устраивающее нас обоих. Не подумайте, что я имею что-нибудь против этой древней красивой игры. Она великолепна. Не случайно, что именно ее переняли японцы у китайских мудрецов. А какие названия: «дамэ», «атари», «секи», «ко». Не игра — поэзия. — Мой собеседник только что не облизнулся. Так сидит кот над блюдцем густой сметаны, предвкушая удовольствие. — Но, к сожалению, длинновата. Я не располагаю стольким свободным временем.

Незнакомец прервал монолог и внимательно посмотрел мне в глаза:

— Согласны?

— Хорошо, — не стал возражать я.

— Тогда давайте познакомимся и спокойно обсудим нашу проблему.

Я кивнул.

— Для удобства общения условимся о следующем. Вы зовете меня «Абонент». Я вас — «Двадцать седьмой».

— Почему Двадцать седьмой? Что за странный номер? — Мои глаза удивленно расширились.

— Ничего странного. Уверяю вас, что уже сегодня вы это поймете, — успокоила странная личность, назвавшаяся абонентом. — Вы — враг «сотового». Ненавидите его и мечтаете уничтожить.

Неизвестный ожег меня резким взглядом. Словно хлестанул плеткой.

— Я фанатик, посвятивший жизнь развитию сотовой связи. Более того, я неофициальный владелец сотовой паутины нашего шарика. Ваши намерения уничтожить «сотовый» вынуждают меня принять серьезные меры.

Абонент сделал глубокомысленную паузу. Видимо, чтобы я проникся…

— Не забывайте о том, что я знаю о вас все, а вы обо мне ничего. Я давно слежу за вами и знаю о делах, пристрастиях и привычках. Я спокойно смотрел на ваше обучение и на первые робкие попытки выхода из тела. Затем вы стали «посвященным» и создали систему ВОЛ. Я слегка встревожился, но крайних мер решил не принимать. Кстати, вас никогда не смущали некоторые странности? Люди, которых вы пытались обучить, шарахались от вас, как от чумы? А то, что все ваши семинары проваливались? Смущало? Правильно! Это моих рук дело. И что тайных агентов, террористов, политиков и бизнесменов должно было быть в сотни раз больше. А к вам тек тоненький людской ручеек, причем из личностей, наиболее спокойных и покладистых. Это вас тоже не удивляло? Удивительная наивность для «посвященного». Впрочем, это нормально. Достигший высот в духовной жизни забывает о реальности. Все визитеры проходили строгое сито моего отбора. И все было бы хорошо, отсылай вы их с порога подальше. Но вы изменили правила игры. У вас, видишь ли, проснулось чувство непризнанного художника. Как результат вы обучили ВОЛу несколько человек. — Уловив удивление в глазах собеседника, подтвердил: — Да, знаю скольких и конкретно кого. — Абонент с досадой глянул на меня. — Спасибо хоть за то, что не научили их нести знание дальше. Ситуация могла пойти лавинообразно и выйти из-под контроля. К частью, этого не произошло. Именно поэтому вы сейчас живы и даже находитесь в добром здравии. А я трачу на вас драгоценное время, — почувствовав недоверие, решил объяснить подробнее. — Думаете, вы неуязвимы? Не воображайте несбыточного! Для простых смертных — да. Но среди «посвященных» вы равный среди себе подобных. Для меня не составит большого руда сменить вам этот свет на тот. Поверьте. Весь вопрос в том, что у нас, «посвященных», своя мораль. Поэтому я не могу банально замочить нас в каком-нибудь темном переулке. Но выход есть! Проверенный и надежный. — Я терпеливо ждал конкретного предложения. И оно последовало: — Я предлагаю вам «состязание равных». Выиграете вы — я отказываюсь от всемирной сотовой паутины. Более того, приложу все силы, чтобы ВОЛ распространился. Стал привычным в разных слоях общества и широко шагнул в жизнь. Выигрываю я — вы забываете о системе и начинаете заниматься тем родом трудовой деятельности, который покажется мне целесообразным. Согласны?

— Да, — коротко подтвердил я. — Тем более что выбор невелик. Или состязание с непредсказуемым результатом. Или в лучшем случае пышные похороны, а в худшем — заброшенный лог в глухом лесу.

— Правильно мыслите, — отдал он должное моей сообразительности. — Но последняя ситуация это далеко не худший случай. Уж вы поверьте моему опыту.

Я обреченно пожал плечами. Что же тут скажешь? Информации — ноль. Придется принять на веру. Как говаривали в местах, не столь отдаленных: «Не веришь? Прими за сказку!». Будем считать, что принял.

— И еще одно. Всего минуту внимания, пожалуйста, — предложил он.

— Внимательно слушаю…

— Поскольку состязание предлагаю провести я, то вы выбираете его вид. Если силы равны, то следующий вид единоборства предложу я. Случись так, что и он окончится вничью, кинем жребии. Согласны?

— Конечно! — возликовал я. Победа сама просилась в руки. Главное, не ошибиться с выбором. Я ненадолго задумался, а потом с воодушевлением резюмировал: — Мой вид состязания — игра «уголки».

Произошедшее следом озадачило. Увидев зажегшиеся надеждой глаза у воспрянувшего духом конкурента, он улыбнулся. Добро так, с пониманием. И неожиданно похвалил мои выбор:

— Стоящая игра. Необычная. Знаете, — констатировал он очевидное, — вы явно тяготеете к восточной культуре. Из всех шашечных игр, вы выбрали самую нехарактерную для европейца.

Этап: «Единоборство»

Да, я действительно люблю эту необычную и красивую игру. В ней за кажущейся простотой скрывается океан возможностей для опытного игрока. Нет жестко поставленных ограничений и не надо уничтожать «армию» противника. Цель — опередив соперника, перегнать девять фишек с одного конца шахматной доски на другой. Вроде бы ничего сложного нет. Но у вашего партнера та же задача. Вскоре ваши «войска» сталкиваются и упираются друг в друга. С этого момента начинается самое интересное. Поиск лазеек, обманные маневры, обратные отскоки. Да, мало ли приемов игры, незнакомых дилетанту. Попробуйте в час пик в узком городском автобусе сделать невозможное. Быстро провести группу пассажиров с задней площадки на переднюю, одновременно пустив им навстречу такую же компанию. Бить морды и скакать по сиденьям нельзя. Ходить по ногам и головам — тоже. Нечто подобное происходит при игре в «уголки».

Но опытный игрок может совершить невозможное. Вошедшие быстренько просочатся сквозь толпу, расточая улыбки и не толкаясь. А я не просто хороший игрок. Я — мастер. Именно поэтому я выбрал необычную игру на состязание. Была смутная надежда, что соперник не является ее поклонником и ценителем. В этом случае он обречен.

Увы, я оказался неправ. Дальнейшие события подтвердили это.

Перед началом игры мы сконцентрировались и представили огромную голографическую проекцию шахматной доски. Действительно, зачем таскать с собой громоздкий деревянный ящичек, когда и доску, и фигуры можно представить в воображении?

Я играл белыми и представил свои фигуры в виде группы светловолосых викингов. В рогатых шлемах и со здоровенными топорами в руках. Как бы в отместку соперник поместил в своем углу доски племя дикарей. Огромных чернокожих каннибалов с копьями в мускулистых руках. Могучие торсы едва прикрывались тростниковыми юбочками. Особенно колоритно выглядел вождь. Его нос был аккуратно проколот и украшен человеческой костью.

Игра началась. Я провел быструю лобовую атаку, успев провести двух викингов на его территорию. Он применил тактику глухого охвата и намертво закупорил центр. Я вынужденно пустил фигуры по флангам. Отходы, подставки, блокировки и многоходовые комбинации принесли успех. Я закончил первым. Но, к сожалению, этого было недостаточно для победы. Начав вторым, он имел в запасе один ход и, виртуозно использовав его, свел партию вничью. Доска с фигурами растаяла в воздухе. Прощайте воинственные дикари севера. Не поминайте лихом, чернокожие дети Африки. Вы не сумели выявить победителя.

Абонент с облегчением вздохнул и удовлетворенно подвел итог:

— Играете вы великолепно. И игру подобрали отличную. Беда для вас только в том, что я тоже очень люблю «уголки». В противном случае мои шансы были бы невелики. Но продолжим. Теперь моя очередь выбора.

Он не задумался даже на секунду. Ясно, тактика поединка продумана заранее:

— Я выбираю старый добрый «DOOM». Не третий, не четвертый и, разумеется, не первый. Второй! Сражаться будем на территории уровня: «Системы контроля». Если запамятовали, то напомню. Это первый лабиринт из серии «Эволюция». Уровень сложности — легкий.

Я слегка приободрился.

Уловив блеск воодушевления в моих глазах, он посоветовал:

— Не радуйтесь заранее. Разумеется, я в курсе, что вы западаете по этой старой стрелялке. Отлично знаю, что хорошей графике предпочитаете захватывающий сюжет и играбельность. А конвульсивному дерганью лазерной мыши противопоставляете долбеж по клавишам. Как говорится, на вкус и цвет… Но, боюсь, весь ваш опыт бесполезен.

Я не смог сдержать гримасы легкого недоумения, и оппонент не замедлял пояснить:

— Играть будем не на компах и не по локалке. Выйдя из тела, мы внедрим свои «Я — там» в виртуальную оболочку игры и окажемся в начале этапа. Цель проста. Пройти территорию лабиринта, перебив монстров, и нажать на красненькую кнопочку с надписью «EXIT». Вышедший из лабиринта становится победителем.

Одарив меня стальным взглядом, уточнил:

— Все ясно?

— Разумеется, — с некоторой обидой ответил я. — Что ж тут непонятного? Не первый год клаву топчем.

Он удовлетворился ответом и продолжил:

— Тогда небольшая просьба. Не начинайте палить в меня сразу.

— Это еще почему?

— Стоит немного осмотреться, как вы поймете, что пройти уровень в одиночку не реально.

— И что же вы предлагаете?

— Очистить территорию от мутантов и только потом вволю поохотиться друг за другом. Впрочем, — спохватился он, — это только пожелание. Вы вольны поступать так, как посчитаете нужным. Начинаем?

— В бой! — решительно бросил я.

Выход из тела, мерцание, блики и наконец… О-о-о! Такого я даже не мог представить. Эстетика, изящество, красота…

Я оказался на округлой веранде. Могучие каменные столбы подпирают высокую крышу. Оконные проемы без стекол и даже без признаков существования рам. Ясно, так и задумал неведомый строитель. Полы гулкие, из грубо обработанного серого гранита. Почему-то стилизованные под броневые листы, густо усеянные заклепками.

«Что за странная фантазия? Не полы, а горячечный бред свихнувшегося архитектора, — озадаченно размышлял я. — Оригинально, нет слов, но как-то слишком мрачно».

Под окнами весело искрилось ультрамарином рукотворное озеро. Водный ров в защищенном донельзя средневековом замке. Вот ближайшая ассоциация, пришедшая мне в голову. Озерцо оказалось вытянуто подковой и зажато между верандой и наружной каменной стеной,

Та впечатляла. Составленная из грубо отесанных, но довольно плотно пригнанных каменных валунов. Какой неведомый строитель возвел эти неприступные стены? Я присмотрелся. Обтесанные вручную глыбы казались фальшивыми. Ясно, средневековый антураж — обман. Здесь царство техники и продвинутых технологий.

За стеной, на расстоянии пары часов ходьбы, возвышались величественные горы. Голые, без растительности, со шрамами оползней и сахарными снеговыми шапками на вершинах.

Я окинул взглядом горизонт. Куда ни глянь, мрачные, унылые горы. Только по центру веранды проглядывал узкий просвет. Долина? Неизвестно… Каменная стена надежно хранила тайну.

Что-и говорить, работа программистов игры даже на экране впечатляла. А уж в реальности…

Ощущая ноздреватую шероховатость пола, я ежился от ледяного ветра, налетающего с горных вершин и заставляющего вскипать бурунами небольшое озерцо. Бр-р-р. Холодно и неуютно.

Рядом я уловил мерцание. Воздух сгустился, потемнел, и на веранде возник ОН. Видимо, задержался с выходом из тела.

Я внимательно осмотрел коллегу по игре, покосился на себя и опять перевел взгляд на потенциального противника. Да… Просто нет слов. Такого разочарования я давненько не испытывал.

Абонент выглядел потрясающе. Точно сошедший с рекламных плакатов, призывающих на контрактную службу в штатовский спецназ. Отутюженная, с иголочки, форма, умело расцвеченная камуфляжными пятнами. Удобные высокие ботинки на шнуровке. Явно титановые вставки в подошве. Хочешь, по огню пробежать можешь или по кольям — ничего не случится. Голову венчал сферический шлем с опускающимся защитным стеклом. «Пуленепробиваемый, — мелькнула мысль. — И стекло бронированное!» Кисти рук защищены перчатками. Черными, с открытыми пальцами, не стесняющими движений ладони.

Но что возмутило больше всего: в наплечной кобуре покоился мощный «Зиг-зауэр», Штучное оружие, уникальное как по техническим характеристикам, так и по цене.

Соперник огляделся, прошелся, сделал несколько махов и приседаний, проверяя, как сидит экипировка. Достал пушку и, проверив обойму, перезарядил. Оставшись довольным, внимательно оглядел мою скромную персону и задумчиво протянул:

— Да… Вон оно, как бывает.

Как не удивляться. Рядом с бравым «Джи-Ай» уныло стоял невысокий солдатик, облаченный в форму давно не существующей Советской Армии. Неподъемные кирзачи-говнодавы. Потертая хэбэшка с несвежим подворотничком. Ремень с гнутой бляхой, свисающий по самые причиндалы. Под левым погоном приткнута сложенная вдвое пилотка. На голове, вы не поверите, стальная каска! Кажется, в таких воевали еще в Великую Отечественную. Откуда такая древность?

Не веря своим глазам и покосившись на ладные ботинки коллеги по состязанию, я снял сапог. Мать твою… портянка! А что с оружием?

Обуреваемый нехорошими предчувствиями, я полез в висевшую на ремне кобуру. Мог бы и не заглядывать. Форма кожаного чехла четко указывала на модель — «Макаров». Проверил, обойма полная. Дико захотелось завопить во весь голос: «Люди! Где справедливость?!». Сдержался. Вместо этого подошел к партнеру и, пристально глядя в глаза, стараясь не дать волю эмоциям, зло спросил:

— Что за хрень? Почему такая разница в экипировке и вооружении? Это твои происки?!

Видимо, ожидавший подобного, Абонент возразил. Спокойно, без эмоций. Словно мы все еще сидели в кафе, а не находились в иллюзорном мире:

— Видите ли, подсознание — штука коварная. Я стараюсь выглядеть на все сто. Всегда. Тщательный подбор дорогой одежды и сопутствующих предметов, создающих имидж, — мое кредо. Поэтому подсознание оснастило меня «по полной». Самым лучшим из имеющегося на сегодняшний день. Вы — моя противоположность. Разгильдяй, одевающийся непонятно во что и даже не замечающий убогости внешнего вида. Соответственно требованиям и получите заказ. Я ни при чем.

Переваривая услышанное, я искал аналог случившемуся. Нашел. Ситуация напомнила историю из детской книжки. Два юных бездельника, вместо того чтобы готовить уроки, стали превращаться в насекомых, в надежде повалять дурака. Удалось стать бабочками. Аккуратный мальчик — роскошным дальневосточным махаоном, а грязнуля — невзрачным капустником.

— Экипировка, ладно. А оружие? — не сдавался я.

— Что, оружие?! — возмущенно откликнулся соперник. — Калибр одинаковый. Боезапас по пятьдесят штук на каждого. Трофейные патроны подходят к обоим пистолетам. Таковы условия игры. А то, что вместо мощного ГШ-18 вам в руки попала плюгавенькая милицейская пукалка, я не виноват. Разбирайтесь со своими скрытыми комплексами.

— Хорошо, убедили.

Мы подошли к казавшемуся неподъемным дверному блоку. Люминесцентные лампы по бокам проема издевательски подмигивали, словно дразнили; «Не поднимешь! Не поднимешь!».

— Тяжелая, наверное? — кивнув на дверь, обратился я к соседу.

— Ерунда, — пренебрежительно бросил тот. — Вон там, снизу — сенсоры. Прижми ладонь, и все. Гидравлика поднимет блок, и путь свободен.

«Стоп!» — закричат он, увидев, как я, нагнувшись, потянулся к датчику.

Резко отдернув руку, я недовольно спросил:

— В чем дело?

— За дверью несколько мутантов. Шесть солдат, вооруженных пистолетами, и розовый кусака.

— «Розовый кусака»? — переспросил я.

— Да. Плотоядная свинья-переросток. Зубищи, как у саблезубого тигра, рога — бычьи. Взгляд охристых глаз гипнотизирующий. Смотрите, не попадитесь сдуру. Быстро бегает на задних ногах. Очень верткая. Мало того, что попасть тяжело, так еще и на выстрел крепка. Из пистолета не остановишь, пока не вгонишь обойму. Очень опасный зверь. В две пушки мы сможем завалить его, но попадем под перекрестный огонь. Солдаты медлительные, но меткие, и шесть стволов — не шутка.

— Что предпримем? — отдал я инициативу более опытному игроку.

— Выход есть. — Он кивнул на приступок.

Там покоился черный ящик. Красный крест на крышке недвусмысленно намекал — аптечка.

— Ускорители, — подытожил коллега. — Из серии «неистовство». Вкалываешь шприц и на некоторое время превращаешься в берсерка. Абсолютно не чувствуешь боли, силы удесятеряются. Можешь перебить голыми руками взвод противника. — Вопросительный взгляд в мою сторону. — Не желаете попробовать?

— Честно говоря, нет. Я и на компе этой фишкой не пользовался. А уж в реальности…

— Хорошо. Как только я вколю препарат, открывайте люк и отскакивайте с дороги. Могу нечаянно зашибить. Оружие держите наготове. Вдруг потребуется огневая поддержка.

Откинув крышку аптечки, достал лекарство:

— Готовы?

— Да.

— Поехали! — С этими словами Абонент всадил шприц-тюбик в предплечье. Прямо через ткань комбинезона. Резко сдавил.

«Да ты, братец, мазохист! — подумал я. — А главное, чтобы не оказался садистом». Лицо спецназовца окаменело. Глаза зажглись нездоровым блеском.

— Открывай, — прохрипел он.

Резко метнувшись вниз, я прижал ладонь к сенсору. «Вж-ж-жик», — откликнулась гидравлика, и многотонная дверь легко взлетела вверх. Помня об опасности, я перекатился за спасительный выступ, освобождая дорогу. Вовремя. Мимо с грацией гепарда пронесся взбесившийся «Джи-Ай».

Прыгнув в центр коридора, в самую гущу ничего не подозревающих мутантов, он словно мельница на ветру замолотил руками. С чем сравнить увиденное? Шар, сбивающий стройные ряды кеглей? Нет. Смерч, разметавший корабельную армаду? Нет. Мастер кунг-фу, ведущий смертоносный танец среди толпы «плохих парней»? Несколько ближе, но тоже не то. Более всего зрелище напоминало мультик «Остров сокровищ». Джим, впавший в неистовство, крушит пиратскую ватагу. Нечто подобное наблюдалось и здесь.

Мгновение, едва уловимый глазом прыжок, и следующие один за другим — два звука. Сухой от резкого удара и влажное чмоканье — от размазанного по каменной стене мутанта. Жуткая пантомима, сопровождающаяся серийными: «Бац. Чвак… Бац. Чвак… Бац. Чвак…» Стены украсились тошнотворными узорами. Зеленоватой слизью, бурыми, мерзко воняющими кишками, розоватыми мозгами и киноварью кровавых потеков. На некогда чистом полу застыли неаппетитные, измочаленные тушки. Назвать оставшееся телами просто не поворачивался язык.

Последний из монстров совершил запланированный полет, и жуткий танец закончился. Действие транквилизаторов подошло к концу. Истребитель мутировавшей нечисти остановился, пытаясь прийти в себя. Его глаза стали приобретать осмысленное выражение, когда ладно лежащий в ладони «Макаров» трижды плюнул свинцовой слюной. Неожиданно появившийся из-за угла седьмой (!!!) охранник завалился на спину, не успев выстрелить.

— Спасибо! — искренне поблагодарил пришедший в себя игрок. — Откуда он взялся? По игре их должно было быть шесть! Я не преминул напомнить:

— Ты же сам предупреждал: «Не расслабляйся! Возможны неожиданности»,

— И то верно, — признал он. — Но одно дело советовать. И совсем другое — помнить с возможных каверзах игры самому.

Мы собрали трофеи. Семьдесят «маслят» в обоймах. Неплохо, целый арсенал. Поделили по-братски. Жаль только, оружия нет. Сгинул мутант, и «пушка» исчезла. Такая вот подленькая вводная. Что ж, о стрельбе «по-македонски» придется забыть.

— Очухался? — спрашиваю.

— Порядок! — показывает кулак с поднятым большим пальцем.

— Куда дальше?

— Давай заглянем наверх лестницы. Да, именно этой. Там смотровая площадка, на которой можно найти изумрудную корону. Правда, она нам не понадобится.

— Тогда зачем лезть?

— Возможно, там скрывается ящер-огнеметчик. Он может спуститься в любой момент и ударить в спину.

— Которым огненными шарами швыряется? — спросил я, проявляя эрудицию.

— Да, — короткий, но емкий ответ.

— Помню, помню. Опасная тварь. Ладно, хоть медлительная. Пока повернется, пока шар зажжет, можно успеть отскочить. Беда только оружие очень мощное. Металл плавит. Песок в стекло спекает. А медлительного десантника, — выразительный взгляд в сторону соперника, — превращает в качественно приготовленное жаркое. Или лангет. Кто знает, что эти ящеры больше предпочитают. Словом, это не то существо, которое можно оставлять в тылу.

Аккуратно, стараясь не шуметь, мы ступенька за ступенькой преодолеваем лестничный пролет. Не дожидаясь неприятностей, еще в движении, открываем огонь. Влажное харканье «макарова» перемежается грозным рявканьем «зига». Полное ненависти раскатистое шипение и мягкий шорох сползшего по стене тела.

Абонент не ошибся. На досках настила, оскалившись в предсмертной гримасе, лежал огнеметчик. Чья больная фантазия создала такого урода? Гладкая, без признаков ушей голова. Ничего не выражающие рубиновые глаза со змеиными зрачками. Бульдожья пасть с частоколом акульих зубов. А тело? Было полное ощущение, что с мелкого бурого медведя сняли шкуру и украсили костяными шипами. Как апофеоз абсурдного действия напялили получившееся на прямоходящего ящера. Скажете — бред? Я с радостью соглашусь, если бы не одно «но». Одно из бредовых воплощений лежало перед нами. А сколько их будет еще? Одному Богу известно. Ну, возможно, еще и создателям игры.

Заряжаем пистолеты и, снаряжая обоймы, корректируем план действий. Задача — охранники на балюстраде. Лестницы нет, она не активирована. Спуститься и атаковать монстры не могут. Они как на ладони, а мы в укрытии. Вывод. Спокойно постреливаем из-за угла, стараясь не подвернуться под шальную пулю или огненный шар.

Сказано — сделано! Не прошло и минуты, как мы, поочередно меняясь, стали нашпиговывать мутантов свинцом. Ощущения, как в тире. Палишь, перезаряжаешь, опять палишь, иногда уступая место желающему пострелять. Монстры падали один за другим, даже не успевая ответить или бездарно промахиваясь. Мы расслабились… Как выяснилось, напрасно.

Режущее глаз свечение возникло неожиданно. Еще бы! Огненный сгусток летел из-за угла!!! Так талантливый футболист, закрутив мяч «сухим листом», посылает его в обход голкипера. «Этого не может быть!» — здравый, но ничего не объясняющий вопль изумленного сознания.

К счастью, сработали рефлексы. Тело без участия разума рвануло в укрытие. Я среагировал, но недостаточно быстро. Сгусток мерцающей плазмы ударил в стену, щедро расплескивая вокруг пылающий напалм. Увесистый блин раскаленной субстанции, отлетев, замер, плотно охватив левое предплечье. Пламя охватывает рукав хэбэшки. Горю! Жар донимает. Больно. Больно! БОЛЬНО!!!

Рукав обугливается, отслаиваясь маленькими, тлеющими лоскутами. В нос бьет жуткий коктейль ароматов. Амбре плавящихся волос и приторно сладкий запах горелого мяса.

_ А! — А! — А! — А! — забыв обо всем, я катаюсь по загаженному полу, пытаясь сбить пламя. Не сразу, но благодаря былому опыту это удается.

Можно не любить армию. Презирать царящие там порядки. Потешаться над тупостью командиров. Нельзя не признать лишь одного: там хорошо учат. Многому, и в том числе, как потушить горящим напалм.

Ставлю финальную точку, погрузив тлеющий рукав в растерзанные внутренности розового кусаки. Шипение, тошнотворный дымок — и с пламенем покончено. Спасибо тебе, свинья-переросток.

Теперь восстановить здоровье. Нужна аптечка. Где аптечка? Полцарства за аптечку…

Вот же она, в углу. Никто не удосужился подобрать, идиоты. Срываю крышку ящика и прижимаю маленький контейнер к ране. Боль вновь накатывает, но терплю. Только в этом спасение.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

10/телефон с именем

Из книги Идеи на миллион, если повезет - на два автора Бочарский Константин

10/телефон с именем Алексей Цицишвили, ведущий эксперт по маркетингу ОАО «Производственное объединение „Элтехника“»Несмотря на впечатляющие темпы роста, российский рынок сотовых телефонов характеризуется жесткой конкуренцией. Компании - лидеры рынка Samsung, Motorola, Siemens,


Что я ненавижу

Из книги СобакаРу автора Москвина Татьяна Владимировна

Что я ненавижу Что же плохого вы находите в ненависти? В отличие от столь бесплодных чувств, как зависть и ревность, – пустая трата драгоценного времени, дара Богов! – хорошая, свежая, упитанная ненависть вполне способна прокормить пытливую душу. Я решила набросать


ТЕЛЕФОН ИЗ МРАМОРА

Из книги Чистая Россия автора Кротов Яков Гаврилович

ТЕЛЕФОН ИЗ МРАМОРА Старик Хоттабыч, поговорив впервые по телефону, тут же изготовил телефон из цельного куска мрамора. Очень удивился, что мраморный телефон не только не работает лучше пластмассового, но и вообще не работает.Советский деспотизм был мраморным телефоном. В


Олег Михайлов: “Я НЕНАВИЖУ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЮ...”

Из книги Газета День Литературы # 52 (2001 1) автора День Литературы Газета

Олег Михайлов: “Я НЕНАВИЖУ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЮ...” — Олег Николаевич, насколько мне известно, в детстве вы не были сиротой, у вас были мать, отец, отчим и вдруг — Суворовское училище... — Во время войны отец мой считался пропавшим без вести, к тому же воевал во


12. Телефон «Йн»

Из книги Роман с урной. Расстрельные статьи автора Росляков Александр

12. Телефон «Йн» Не знаю, почему Иваново — город невест: я их не видел там даже издаля. Город невест — Славгород, чьи клеточки, засыпанные белым, мелодически хрустящим под ногами снегом, я продолжал разгадывать как увлекательный кроссворд. И та же судьба, что невесть с каких


ВЛАДИСЛАВ ХОДАСЕВИЧ: “ТАК НЕЖНО НЕНАВИЖУ И ТАК ЯЗВИТЕЛЬНО ЛЮБЛЮ”

Из книги Красный век. Эпоха и ее поэты. В 2 книгах автора Аннинский Лев Александрович

ВЛАДИСЛАВ ХОДАСЕВИЧ: “ТАК НЕЖНО НЕНАВИЖУ И ТАК ЯЗВИТЕЛЬНО ЛЮБЛЮ” Летом 1907 года московский студент, проводящий каникулы в имении дядюшки своей молодой жены (первой), наблюдает из окна полевые работы, а также лесные досуги окрестных крестьян; он пишет шесть строф, с


Старый дисковый телефон

Из книги Литературная Газета 6348 ( № 47 2011) автора Литературная Газета

Старый дисковый телефон Старый дисковый телефон ЛИТРЕЗЕРВ Алексей МОШКОВ Родился в 1983 году в Кондопоге. Окончил Литературный институт им. Горького - семинар Олеси Николаевой. * * * [?]прежде чем человек умирает, он перестаёт видеть кончик носа.              Ошо Без очков я


Телефон

Из книги 100 знаменитых изобретений автора Пристинский Владислав Леонидович

Телефон В 60–70-е годы XIX в. наряду с развитием проволочного телеграфа стояла задача передачи по проводам человеческой речи в виде электрических сигналов.Первый телефонный аппарат был создан в начале 60-х годов XIX в. англичанином И. Ф. Райсом. С его помощью можно было


«Я ненавижу принцип равенства в культуре»

Из книги Порядок в культуре автора Кокшенева Капитолина

«Я ненавижу принцип равенства в культуре» Роль критика в нашей литературе всегда была существенной — Белинский и Добролюбов, Писарев, Григорьев и Страхов, Кожинов и Селезнёв, Лобанов и Курбатов. Каждый из них представляет большое критическое наследие. Капитолина


«Мыслю, следовательно, ненавижу»

Из книги Критика нечистого разума автора Силаев Александр Юрьевич

«Мыслю, следовательно, ненавижу» Когда случается возможность мышления? Когда у человека разрыв практики — по старому нельзя, по новому непонятно. Теория возникает как переход между практиками. Но ведь кризис, а речь о нем, это еще и больно. Тезис: в более благоприятной


Почему я вас ненавижу

Из книги Медвежье царство [Maxima-Library] автора Белковский Станислав Александрович

Почему я вас ненавижу (из статьи В. Милитарева)Вы спрашиваете, почему я вас ненавижу? Потому что я вас ЗНАЮ! Это вы в 1989 году бегали НЕИЗВЕСТНО КУДА (так ведь, сволочи, и до сих пор не признались), а, возвратившись оттуда, имели вид директоров академических институтов,


Телефон

Из книги Деление на ноль (сборник) автора Горчев Дмитрий Анатольевич

Сволочи Сволочи Иногда в мою дверь звонят сволочи.Хорошие правильные люди не звонят никогда, потому что не могут найти звонка. Я сам-то его однажды нашел совершенно случайно, где-то на лестнице.Хорошие правильные люди в мою дверь всегда стучат. Или тихо скребутся. Или


Ненавижу школу Автор Зинна

Из книги Ненавижу школу автора

Ненавижу школу Автор Зинна Вашему вниманию предлагается автобиографическая книга, написанная человеком, работающим в детских учреждениях образования города Москвы и пришедшим к выводу о том, что в этой системе нормальному, здравому, порядочному человеку невозможно


Зинна Ненавижу школу

Из книги Ненавижу школу автора Зинна

Зинна Ненавижу школу Каждому родителю, кому не безразлично, что происходит с его ребёнком в стенах детского сада и школы. Предисловие Когда я приступала к своим запискам учителя с впечатлениями от школы, я ещё не знала, что захочу скомпоновать это в книгу. Вернее, знала


У меня зазвонил телефон…

Из книги Наш человек в Мьянме автора Козьма Петр Николаевич

У меня зазвонил телефон… У меня зазвонил телефон. На том конце провода был не слон, а вполне себе мьянманец. Его интересовал вопрос, где Ко Тин, и почему не Ко Тин, а кто-то другой берет трубку.– Неправильный номер, – сказал я и отключился.Секунд через пятнадцать звонок


Ненавижу воронье…

Из книги Хроники невозможного. Фактор «Х» для русского прорыва в будущее автора Калашников Максим

Ненавижу воронье… Технологии получения биологически активной, чистой и здоровой воды – суть технологии Седьмой эры. Технологии футурополисов и Сверхновой России, страны нейромира. Ступень к цивилизации людей-богов. Это создание товара-мечты – нужного буквально