ЧАСТЬ III СТАВКА НА ЧУДО ГЛАВА 17 Ода внесистемности: только своя игра!

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЧАСТЬ III

СТАВКА НА ЧУДО

ГЛАВА 17

Ода внесистемности: только своя игра!

Теперь, друзья, вы можете себе представить стратегию победной войны русских в этом веке. Чтобы выстоять и победить, мы должны действовать сугубо внесистемно, против правил, которые навязывают всему миру хозяева США и их туземные шестерки.

Их расчет очень верен: если все примутся играть по их правилам, то все в конечном счете точно проиграют.

И потому русским нужно смело устанавливать свои правила игры. Как водится, во всем и везде – в экономике, дипломатии, политике и в самой войне. И нас не должны смущать вопли дураков или предателей о том, что «так не принято в цивилизованном мире».

Мы опять говорим о каждой сфере деятельности, о каждой стороне нашей жизни. В современном мире царствует единое действие, и уже нельзя делить: вот это – дело генералов, вот это – банкиров и промышленников, а вот это – епархия дипломатов. Для достижения поставленной цели все сливается воедино, и уже преступно для самих русских возводить какие-то ведомственные барьеры. Чтобы достичь любой важной цели в современном мире, приходится применять все рычаги и средства, какие только есть. А здесь нельзя медлить и жить по каким-то шаблонам.

Стратегия чуда, стратегия молниеносной войны – это тоже стратегия единого действия. Она должна применяться везде. Не бойтесь изобретать новое, не бойтесь делать то, чего еще не делал никто.

* * *

– Блицкриг всегда и везде? А примеры вы привести не желаете? – подзадоривает нас Скептик. И мы решили эти примеры найти. Начнем, пожалуй, с афганского, хотя он теперь представляет чисто исторический интерес. И хотя возможность использования его оказалась упущенной уже при Путине, он послужит весьма поучительным примером. Так слушайте же!

Оседает дым победоносной кампании США в Афганистане, и теперь все отчетливее видны масштабы геополитических потерь нашей страны. Россия вышвырнута из Средней Азии, ее влияние на азиатские республики покойного СССР пало практически до нуля.

Но самое обидное заключается в том, что план «коммерческой войны» против талибов силами Северного альянса Москве предложили еще летом 1999 года. Если бы его приняли тогда, теперь не пришлось бы рвать на себе волосы по поводу позора в Средней Азии.

Вопреки телевизионным картинкам, основой успеха нынешней антиталибской кампании США стали не эффектные на экране бомбежки позиций врага «летающими крепостями» из стратосферы и не налеты целых роев крылатых ракет, а обильное финансирование и умелая помощь силам Северного альянса, которые пошли в бой как «пехота» Америки, сделав всю черную работу своими руками.

Мы тоже могли решить проблему талибов без всяких «вводов ограниченного контингента». И уж тем паче без таких ужасов, как ядерные удары или бактериологическое оружие. И даже без тайных операций громадного размаха – с диверсиями и убийствами вражеских лидеров. Причем вся операция могла стать вполне доступной по средствам и даже окупаемой для русских.

Придумал ее не кто-нибудь, а военный советник лидера Северного альянса Ахмада Шах-Масуда, убитого за три дня до терактов в США, 8 сентября 2001 года. Бывший советский генерал-майор Ш., ветеран войны в Афганистане, Герой Советского Союза (его фамилию мы не приводим). После гибели СССР он оказался на территории одной из республик Средней Азии и очень скоро начал работать вместе с бывшим врагом по минувшей войне.

Вот суть плана, предложенного им два года назад. Масуд располагал крупными средствами (примерно полутора миллиардами долларов) и контролировал изумрудные копи на севере страны, которые мог сдать в аренду на четверть века вперед. На полученные средства где-нибудь (скажем, в Чехии) закупалось бы тридцать штурмовиков Су-25 и сорок боевых вертолетов Ми-24, которые переоборудовались для ночных действий. Эта авиатехника оснащалась новейшими ракетами «воздух-земля», для нее нанимались лучшие русские летчики. Так, в сущности, делает сегодня Эфиопия, которая воюет с сепаратистами в Эритрее.

Под знаменами Шах-Масуда воевал целый интернационал, в котором были и таджики, и узбеки. А там, где есть таджики, – там недалеко и до нашей братвы. Было предложение вовлечь в дело на условиях хорошей «оплаты труда» весь неспокойный, горячий «элемент» России: ветеранов первой чеченской кампании, добровольцев войн в Приднестровье, Абхазии и Югославии. Предлагалось даже создать Чеченскую дивизию из добровольцев, предложив некоторым полевым главарям чеченских отрядов по миллиону долларов на нос.

А дальше вся эта мусульмано-славянская рать обрушивалась на «Талибан». Его транспортные артерии легко перерезались в силу полного господства в воздухе сил Северного альянса. Дороги также минировались с воздуха. (Как утверждал Ш., важнейшие горные тропы заваливались скалами, а для разрыва сообщений между севером и югом страны важно было взять под контроль с воздуха всего две дороги.) В результате силы талибов разбивались на несколько изолированных «котлов», которые затем ликвидировались и вырезались бы подчистую. Остатки же вытеснялись в Пакистан – на родину этого движения.

Одновременно с этим авиация должна нанести жестокие удары по четырем базовым лагерям Талибана в Пакистане. Советский Союз почему-то стеснялся стереть эти логова ударами своих огромных воздушных армад. Здесь же все получалось корректно: лагеря уничтожают самолеты не ВВС России, а Шах-Масуда. Масудовцы даже с иранцами договорились: чтобы удары по талибам (а иранцы их просто ненавидят) наносились не только из Таджикистана, но и с персидской территории.

Учитывалось также и то, что уже в 1999 году многие афганцы на талибов волком глядели. Это касалось зажиточных пуштунских племен, которые очень уважали Наджибуллу – того самого искренне просоветского лидера, сумевшего продержаться у власти после вывода наших войск с начала 1989 по весну 1992 года. Когда талибы его убили и повесили его тело на кабульской улице, они навсегда сделали своими врагами пуштунских вождей. Как видите, в нынешней кампании США использовали те же моменты.

Генерал Ш. бился за свой план, давно сверстав схемы по вооружению и финансовые сметы. Использовалось даже то, что правительство Раббани, в которое Шах-Масуд входил как министр иностранных дел, с 1992 и до осени 2001 года признавалось ООН как единственное законное правительство Афганистана. В любой момент оно могло сказать: я веду войну в интересах Совета безопасности ООН, а правительство талибов Организацией Объединенных Наций не признано. Вы, кажется, охотитесь за «королем терроризма», неуловимым, легендарным и вездесушим Усамой бен Ладеном? Так вот, он, по вашим собственным утверждениям, скрывается у талибов, и мы тоже за ним охотимся.

Был разработан план и послевоенного устройства Афганистана. Во-первых, укреплялся русско-иранский альянс на ниве «зачистки» страны от талибов без всякой помощи со стороны США. Россия на той же почве крепила и союз с Китаем. ВПК России получал выгодные заказы. А потом авторы плана «коммерческой войны» рассчитывали, что на восстановление экономики Афганистана пойдут большие деньги из Саудовской Аравии. Это нам выгодно, поскольку появятся большие подряды на строительство шоссе и железных дорог. Никто за эту работу, кроме нас и китайцев, не возьмется. Предполагалось, что Россия принесет извинения за 1979 год (мы были не правы, и та война была проведена во многом неправильно, в результате чего она оказалась совершенно бесполезной и бессмысленной для нас самих). Это обеспечивало бы то, что подряды на восстановление и строительство в Афганистане доставались нам. Особенно если бы мы взялись делать работу за две трети от мировых расценок.

Этот план предлагался В. Путину через его «чекистское» окружение. Однако он так и затерялся в закоулках этого окружения.

А жаль. Если бы тогда у Кремля хватило и ума, и смелости, то сегодня Россия не выглядела бы жалкой и «опущенной» в глазах стран Средней Азии, Китая и Ирана. И военные базы США не разворачивались бы ни в киргизском аэропорту «Манас», ни в узбекском Ханабаде…

* * *

– То есть вы хотите сказать, что в Пятой мировой войне изобретательность, необычные ходы и нераздельность действия позволяют даже нынешней, весьма слабой России успешно противостоять игре самых богатых и могущественных врагов? – спросят нас. И мы утвердительно кивнем.

Приведем еще один пример – из 2000 года. В тот момент на одну из республик погибшего СССР, Киргизию, начался натиск вооруженных банд воинствующих исламистов…

В декабре 2000 года в Киргизии побывала российская делегация во главе с руководителем Минатома Евгением Адамовым, в составе которой был и один из авторов этой книги. Е. Адамов вел переговоры с президентом, с премьером и министром обороны республики. Минатом России подписал важное соглашение с вооруженными силами Киргизии.

В чем его суть? В том, что наши государства столкнулись с одной и той же угрозой – натиском агрессивно-террористического, «долларового» ваххабизма и движения талибов. Нет, речь не идет об оснащении армии Киргизии ядерным оружием. Адамов тогда предложил строить совместную стратегическую оборону, совмещая военно-техническую помощь Киргизии со взаимовыгодными совместными проектами. Впервые он попробовал построить военно-стратегический союз на строго рыночной, прибыльной для русских основе.

Тогда, еще до 11 сентября 2001 года и вхождения американцев в Киргизию, над 4,7-миллионнной «страной» нависла страшная угроза. В августе 1999 года, когда Россия уже начала боевые действия против ваххабитских сил в Чечне, Киргизия подверглась агрессии банд ИДУ – Исламского движения Узбекистана, сколоченных афганским движением «Талибан» и таджикскими ваххабитами. (ИДУ – дочерняя организация «Талибана».) Тогда справиться с прорывом удалось лишь с превеликим трудом. В августе 2000 года был еще один прорыв – в Баткенском районе, у южных берегов озера Иссык-Куль. Здесь шли довольно напряженные бои, и бандитов опять-таки удалось выдавить обратно. Они отлично подготовлены, имеют поддержку в Таджикистане (где ваххабиты входят в правительство) и пользуются даже вертолетами. Но в обоих случаях боевики переходили границу со стороны Узбекистана. Таджикское правительство отказалось от предложения Киргизии уничтожить базы подготовки боевиков на киргизско-таджикском пограничье.

Тогда Евгений Адамов говорил нам о том, что Киргизия становится форпостом нашей безопасности, и мы, безусловно, заинтересованы в том, чтобы укрепить его.

– Поэтому вполне логичным шагом России будет помощь тем, кто отражает нападения нового агрессора. В принципе это сфера компетенции отнюдь не Минатома. Но именно мы способны помочь Бишкеку укрепить свою границу так, чтобы экономические интересы России не пострадали. Так, чтобы то не был старый партийный способ, когда мы всем помогали оружием, но ничего не получали взамен…

Сейчас, когда мы не можем, подобно СССР, направлять на подмогу союзникам миллиарды долларов, потоки оружия и тысячи военных советников, выход был найден. 21 июля 2000 года Россия подписала с Киргизией соглашение о поставке последней специальных радарных станций для охраны ее крайне сложной границы – типа «Витим», «Фара» и «Гардина». Эти радары делают на предприятиях Минатома РФ. Поэтому с нашей стороны именно он стал главным партнером Киргизии, тогда как его партнером в республике выступает тамошнее Минобороны. Помощь, таким образом, идет не за счет российского бюджета, а из кармана государственной ядерной корпорации. И это – символ нового времени.

Но одновременно Минатом предложил поставить все на деловую, самоокупаемую основу: задействовать в своем бизнесе предприятия атомной промышленности СССР, оставшиеся в Киргизии, создав трехстороннее совместное предприятие (из России, Киргизии и Казахстана) по добыче и переработке казахстанского урана. А в перспективе речь идет о появлении уже целой транснациональной финансово-промышленной группы, к которой может присоединиться и Таджикистан. Оживление промышленности Киргизии, достигнутое таким путем, укрепит ее экономику, а значит, и обороноспособность. 21 ноября 2000 года российское правительство дало «добро» Минатому на проведение переговоров по этому поводу с Минобороны Киргизии. Именно оно, а не какое-либо промышленное ведомство, сейчас курирует и продвигает этот проект.

Планировалось, что русские атомщики, помогая киргизам отбивать натиск врагов, получат возможность добывать здесь не только ценный уран, но и золото. Только завод в Кара-Балте, взятый вновь в русские руки, давал бы нам 20 тонн золота ежегодно.

Таким образом, тогда мы впервые пытались сыграть по своим правилам, вопреки канонам «классической дипломатии». Даже нельзя точно сказать, что пытался сделать Адамов. Это дипломатия? Да. Но одновременно – и бизнес, и оборона. Единое, системное действие, которое мы в «Третьем проекте» назвали метадействием.

И это предприятие могло увенчаться успехом. Но, увы, уже путинская власть этот план пустила коту под хвост, вскоре убрав Адамова с поста главы Минатома. А жаль…

* * *

Расскажем мы и третью притчу о необычной политике, но теперь уже устами выдающегося русского психотехнолога Игоря Викторовича Смирнова, известного вам по книге «Третий проект». Того самого Смирнова, который работал над психотехнологиями с 1979 года, по секретному постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР.

Оказывается, даже слабая Россия в ее нынешнем виде способна творить чудеса, если прибегнет к приемам информационной войны.

«К сожалению, Илья Муромец пока спит на печке и слезать оттуда не собирается. Россия не ведет информационной войны. Причина этой странности – добровольной сдачи оружия – заключается в ранее достигнутом успехе супостата. Всех нас, и „князей“ и „население“, напугали жупелом идеологии и пропаганды. Дескать, это ущемляет права и свободы личности. Русские поверили, что надо два раза в день чистить зубы и права человека, совсем сложили неплохое идеологическое оружие (идеи Родины, коммунизма, своей прогрессивности) и остались на бобах, без царя в голове. Опять спят.

Для выработки стратегии информационной войны кратко рассмотрим условного противника – Индию.

Естественно, что в рамках информационной войны использование силовых методов физического воздействия (забрасывание великого индийского народа шапками или атомными бомбами) неэффективно и бессмысленно. Следовательно, с генералами разговаривать не будем.

Как нам присоединить Индию?

1. Найдем и разовьем талантливого профессионала Немо из любой точной-неточной области науки – медицины, физики, химии. Только не из «истэблишмента». Люди из «элиты» уже испорчены и ничего продуцировать не могут. Лучше ставить на молодого.

2. Возьмем его из его самой что ни на есть, рутинной, профессиональной и малооплачиваемой среды. Создадим ему предельный уровень нагрузок в максимально широкой области его профессиональных прерогатив, постепенно их расширяя на другие науки, да так, чтобы все решаемые задачи были до предела связаны с творческим подходом, а нравственные компоненты решений – предельно ответственны и драматичны («из огня да в полымя», «пойди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что», разработай новый способ чтения мыслей, создай новое несмертельное оружие, изобрети философский камень и т.п.).

При окончании этапа обучения убедимся, что Немо, будучи увлечен очередной идеей, свободно поступается своими гормонально-мышечными привязками к физическому носителю – он, трудясь самоотверженно, не спит, не ест и не любит женщин. А теперь от лица Партии и Правительства поставим ему экзаменационную задачу «Как нам присоединить Индию?» в камуфлированном виде, привязанном к его профессиональной области. Например, если он военспец, – как нам продать Индии миллиардный контракт на поставку некоторого образца боевой техники, который мы условно назовем истребителем Му-97. При этом Немо уже будет окружен должным пиететом со стороны коллег и будет дорожить им. Он будет знать, что при решении поставленной задачи получит все: золотые звезды, бабу, денег и шоколадку.

При разработке решения ему будем невзначай подбрасывать каверзные сообщения и вопросики, чтобы направить его мысли в нужное нам русло, чтобы Немо стал интересоваться менталитетом великого индийского народа, чтобы стал читать книжки по индуизму, буддизму, Шиве, Шри Раджнешу. Чтобы Немо непроизвольно провел анализ отличия Махатмы Ганди от ассасинов-убийц, приносящих жертвы во имя богини Кали, рассмотрел последствия английского владычества и поразительные факты сходства в ментальностях великого русского и великого индийского народа. Чтобы начал думать об общих исходных арийских корнях, не забывая при этом цыган, чтобы за дружеским разговором за бутылкой красного вспомнил об индуистской свастике и о том, что этот знак принадлежит также символике одного из коренных богов русского народа – Одину.

Добьемся того, чтобы Немо однажды полушутливо предложил: слушай, а не проще ли нам доделать тоннель через Гиндукуш и присоединить Индию? Полушутя разовьем этот разговор. Послушаем, что скажет Немо и еще 2-4 таких Немо, которых мы «выпасем» отдельно друг от друга и соединим вместе в количестве 3-5 человек только на конечной стадии легенды, когда реальность работы по контракту будет для них очевидной. Послушаем. Чем черт не шутит – а вдруг придумают что-то интересное?

Самый умный придумает дать самолетам Му-97 название «Кали», чтобы задеть архетипные струны великого индийского народа. Затем будет придумано вводить стилизованное изображение самолета в санскритские тексты, на изображениях шестирукой богини Кали, выдавливать его на подметках импортируемых Индией ботинок «Красный большевик» и т.п., и все это в разных местах и в разное время выдавать через средства массовой информации великого индийского народа. Стрельба по площадям с большой избыточностью. Первичный объект массового поражения. А контракт пусть выполняют.

Немо и его психосемантические конструкции будут для нас опорной точкой, репрезентативной реперной группой.

3. Мы же, плетя свою информационную паутину, предельно тщательно заинтересуемся истеблишментом великого индийского народа. В частности, особо выделим круги общества, в которых вращаются высшие чиновники, прямо или даже косвенно причастные к заключению контрактов на поставку вооружения. Ясно, что имеющейся в Индии русской агентуры будет недостаточно. Привлечем под видом научных (археологических, исторических, лингвистических, медицинских и пр.) задач цвет русской, индийской и супостатской науки. Под видом научных и светских тусовок решим одну главную задачу – выявим духовных лидеров великого индийского народа, хотя бы один из которых является коллаборационистом и нарушит свое медитативное уединение, появившись в тусовке. Поскольку великий индийский народ является многонациональным и религий в Индии множество, нам нужен лидер, который по своим нравственным и религиозным убеждениям способен оказывать влияние на ту часть истеблишмента, где находятся вторичные объекты массового поражения. Это лица, от мнения которых наиболее зависит судьба контракта на поставку нашего истребителя «Кали» (бывший Му-97). Поскольку такие объекты могут принадлежать к разным там индийским княжествам и верованиям, необходимо для каждого из них подготовить имманентного лидера, чье мнение будет воспринято вторичным объектом как генуинное. То есть свое, исконно индийское, патриотически-почвенное.

При этом все тусовки и встречи вторичных объектов с их духовными лидерами происходят на фоне массовой информационной стрельбы по площадям, которая поражает и вторичные объекты. Под каждого из вторичных объектов вырабатываем свою тактику охмурения, учитывающую его личностные, семейные и социальные особенности. Формальная суть – проталкивание контракта на поставку «Кали» – постоянно должна быть многопланово и многомерно смешана с истинной сутью – растущим интересом к великому северному соседу. Ждем. Ждем.

4. Переносим все наше внимание на объекты, и ранее находившиеся в разработке. Это – истинные, духовные лидеры. Это – первичный объект поражения средствами информационной войны. Удары по ним надо наносить точечные. К каждому такому лидеру подсылаем необычайно почтительных и внимательных учеников, которые, видя те или иные затруднения быта своего гуру, деликатно предлагают помощь некоего старшего брата или тетеньки в издании изречений Учителя на русском языке и хинди. Эти «засланные казачки» без спросу, от чистого сердца, организуют побелку стен монастыря-дзонга, в котором живет наш гуру. Они еще и кормят бедных, приглашают из Москвы реставраторов для починки древней скульптуры Кали и т.п. Отдельного лидера (не более двух раз в год) под смутным предлогом большого к нему интереса в России везут в Москву, где на высочайшем уровне окружают небывалым почетом и пышностью. Одновременно организуем как можно более всевозможных Дней дружбы, научных симпозиумов, культурных обменов и т.п.

Любая международная помощь в стихийных и прочих бедствиях в Индии, где принимает участие наше Министерство по чрезвычайным ситуациям, непременно сопровождается публичными мнениями, решениями и церемониями (последнее особенно важно для великого индийского народа), в которых, наряду с индийским духовным лидером участвует русский духовный лидер. Вот здесь начинается самое главное.

5. Присоединяя Индию методами информационной войны, мы ведем плотную работу с харизматическими, псевдо– и квазихаризматическими личностями в этой стране. Ясно, что, наряду с использованием в качестве первичного объекта поражения какого-либо действительно яркого, харизматического лидера, необходимо иметь двух таких лидеров или даже две их группы. Если первая носит купленные нами белые одежды и в конце нашей пьесы именно в них, несколько запылившихся, возлагает индийского голубя мира в корону русского императора, то вторая по ходу сценария продается супостатам за сникерс-памперс, и общественным мнением безмолвно (через средства массового информирования) уличается в измене духовным идеалам.

Важно, чтобы к этому моменту под идеалами разумелось нечто общее для двух великих народов. Поэтому, наряду с тривиальным косвенным подкупом и идеологической ориентацией первой группы первичных объектов, наряду с прямым подкупом и ложной идеологической ориентацией второй группы первичных объектов, необходимо обеспечить самое главное – Чудо.

Чудо наиболее эффективно может быть использовано только, если в нашем распоряжении действительно имеется истинный харизматический лидер, и он разделяет наши взгляды. Это – крайне маловероятное событие. Поэтому для повышения вероятности присоединения Индии к России необходимо создать харизматического лидера. Это святая святых. Вы можете сколь угодно догматически мошенничать подобно религиозным служителям. Например, играть на низменных инстинктах, подобно Рону Хаббарду, или плодить чудеса с помощью психотронных препаратов в электродах «шлема абсолютного спасения» Секо Асахары, или, как в современных финансовых пирамидах, оборот которых по России составлял триллионы рублей, по-цыгански («нейролингвистически») заставлять людей расставаться с последними сбережениями. Некоторые из перечисленных сектантских и мошеннических организаций в России применяли первичный, вторичный и третичный уровни поражения.

Понятно, что каждая из подобных операций очень рентабельна. Однако в совокупности они еще более рентабельны, поскольку являются информационным оружием массового поражения. С помощью такого оружия без использования ядерной дубины и железных пуль установлен новый мировой порядок. Увы, нерусскими, а их супостатами.

Но единственное, чего нет и никогда не будет у нашего супостата, – это чудо. Во всем мире идет активная охота за возможными источниками чудес. Ха-ха! Великий индийский и великий русский народ гомологичны в своем спящем ожидании чуда. Ближайший цивилизаиионный пик принадлежит этим народам. Что есть чудо?

Простейшее чудо – семантический артефакт. Семантический артефакт – это такая штука, которая воспринимается всеми живыми объектами без исключения, но не через их органы чувств, а путем прямого знания. Это знание затем опосредуется психосемантическими элементами прошлого опыта в чувственные образы: мы видим нежно-розовое свечение, мы слышим музыку сфер, мы обоняем нежнейший аромат, мы осязаем теплое дуновение, наши баро-, проприо-, хемо-, кинезио-рецепторы, а также магнетиты и все остальное отражают нам знаки этого чуда, в просторечии именуемые божественной благодатью. При этом никакой физический прибор, даже зеркало, ничего не отражает… Механизм формирования семантического артефакта – наличие мощного драйва-стремления в душе одного человека. Бывает редко. Мало воспроизводим.

Более сложно организованные чудеса – техногенные. Простейшее чудо – колоссальный рост силы и количества магометан во всем мире. Техника этого чудесного явления проста – одновременное по солнцу исполнение молитвенного ритуала (намаза) огромным количеством верующих. Слабые их драйвы дают в результате явление семантического резонанса, что вывело мусульманство в число лидирующих религий.

Этот эффект хорошо воспроизводится, он происходит каждый день, но воспользоваться им невозможно. Еще более сложное чудо – также техногенное. Но работает не техника действий множества людей, а техника (компьютерная), усиливающая драйв одного человека. Называется семантический резонатор. Надеюсь, что его можно воспроизвести.

Мы предлагаем индийцам чудесную русскую технологию; систему «человек-компьютер», которая позволяет человеку невиданно расширять свое сознание и усиливать способности человека. Она дает человеку возможность объять необъятное и обрести новое качество. Она позволяет человеку добиваться фантастических успехов в том, к чему он призван: в бизнесе, войне, творчестве. Семантический резонатор – это и есть то чудо, которое в состоянии произвести русские для присоединения к себе великого индийского народа. (О семантическом резонаторе см. книгу «Третий проект». – Прим. ред.)

Что касается технических средств информационной войны, то они тривиальны и хорошо описаны. К их числу относятся, например, неосознаваемые внушения. Их легко можно осуществлять через средства массовой информации, в т.ч. через многомерные тексты, смысл которых различен в зависимости от способа восприятия…»

… Интересная притча, не правда ли? Написана она с грубоватым юмором ученого-психолога, но тем не менее дает обильную пищу для размышлений. Конечно, гениальный психотехнолог Смирнов пример с Индией сделал шуткой. С таким же успехом можно использовать подобную технологию для воссоединения разбитой державы. Разумеется, мы не новые кочевники, чтобы устанавливать мировое господство за счет обмана и порабощения чужих народов, поэтому нам и подходит только вторая из предлагаемых схем – схема искреннего сотворчества и честного сотрудничества. Вот такие подлинно русские схемы – это и есть основа чудесной, неаналитической стратегии, стратегии возможной победы русских в нынешней глобальной схватке.

Наше время требует от русских крайне неординарных подходов ко всему, будь то политика или экономика. Нет ничего хуже для нас сегодня, чем ходить по путям, проложенным лукавыми западными врагами. Нельзя играть по чужим правилам. И правильное восприятие рассуждений Игоря Смирнова способно дать правителю России мощные средства для мобилизации нации во имя победы.

* * *

– Хорошие вы рассказчики! – смеется Скептик. – Вы не Жириновского ли начитались?

– Зря смеетесь, сударь вы наш! По-вашему, все, что «серьезно», непременно должно быть до ужаса скучным, описанным суконным языком приказов и постановлений, и должно быть разделено по принципу «сие поручается Министерству обороны, а сие – Министерству Больших Железок»? Кажется, Россия уже вдоволь нахлебалась такой «серьезности», развалившись в 1991-м и понеся немыслимые потери в последующие годы «славной демократии». Вы с этим не согласны?

Между прочим, метадействие с успехом используют те же американцы. И у них неплохо получается. У них давным-давно поняли, что все едино, что бизнес, разведка, политика и война при всей понятной автономности каждой системы в целом – это одно и то же. Разве кто-то может различить в американских операциях, где кончается ЦРУ и где начинаются крупные корпорации, и на каком этапе возникает собственно американское государство? Если ты хочешь добиться поставленной цели в сегодняшнем мире, то будь готов применить все доступные средства. Подкуп, информационная война, дипломатическое давление, использование заговоров оппозиции – в современном Большом Бизнесе в ход идет не только все, но и в едином комплексе. Главный показатель правильности проектируемой деятельности – ее эффективность. Таково единое действие – метадействие. Оно сейчас становится единственно разумным, потому что главные проблемы жизни сейчас лежат на стыках разных наук и отраслей.

В этом мире нет более верного способа проиграть, чем действовать так, как норовит работать бюрократия России. Ее подходы устарели на целый век. Она все еще считает, что контроль над жизнью можно разделить между министерствами, отделами и департаментами. Она все еще думает, что под каждую проблему надо создавать новое управление или ведомство. Но разве можно сегодня делить экономические проблемы страны между Минфином, Минэкономики, МИД и Минобороны? А ведь делят – и ничего не решается. Вся государственная машина оказывается бессильной, как только сталкивается с первой же сложной задачей. Как можно взваливать дело борьбы с сепаратизмом Чечни, например, только на военных и органы внутренних дел? Тут нужны единая воля и метадействие.

И точно так же никакие суперменты никогда не решат проблемы наркомании или организованной преступности. Ведь каждая из этих проблем состоит из множества других. Тут вам и нищета нашего народа, и уродливая экономика Россиянии, и бессмысленность существования нынешней РФ, у которой нет никакой цели и Общего Дела, и разрушение нашей культуры, и проблеме образования, и проблеме здравоохранения. За некоторые стороны проблемы вообще никто не отвечает, за некоторые – отвечают свои ведомства. Но ни одно из них не может эффективно решить даже свою часть проблемы. Однако при этом бюрократы одного ведомства будут насмерть биться за то, чтобы не отдать ни капли своих полномочий кому-то другому. Они будут продолжать драться за дележ и «распиливание» казенных денег, уверяя нас в том, что именно их участок – и есть самый главный. Но в итоге болезнь нашей страны будет все тяжелее и тяжелее.

А метадействие по природе своей должно быть нетривиальным, удивительным, смелым по замыслу, не знающим границ. РФ, пытаясь следовать замшелым бюрократическим правилам, уже превратилась в страну дураков. Один из нас четыре года просидел на заседаниях россиянского правительства, в одном зале с министрами, чиновниками и экспертами. На правах безгласного наблюдателя. И, доложу я вам, прелюбопытные наблюдал ситуации! Обсуждение любой проблемы, которая вылезала за рамки одного ведомства, превращалось в демонстрацию полной импотенции государства, и после изнурительной говорильни в заключение что-то такое великое проговаривал премьер-министр – и все оставалось по-прежнему. Но особенно запомнилась яростная баталия между природоохранными чиновниками и Минфином. Первые до хрипоты доказывали, что им нужно дать намного больше денег, чтобы закупить вертолеты: нечем, мол, стало облетать леса и трассы трубопроводов. И никто не предложил самое изящное решение – чтобы не гонять архидорогие вертолеты, которые пожирают море дорогого горючего, пустить на патрулирование лесных угодий слегка переделанные беспилотные разведчики типа «Пчела». Ведь для этого нужно соединить усилия с военными и оборонщиками.

И такой идиотизм – на каждом шагу и по каждому поводу. Беспилотники – это самый простой и наглядный пример. Но если чиновник не может взять в толк даже это, то разве ему дано понять, что в России – чтобы выжить – нужно создавать расу людей нового типа, наших излюбленных люденов? Да ни в жисть!

Это мы с вами прекрасно осознаем, что в этом веке очень важно создавать высокие технологии, но вдвойне важнее производить людей высшего типа, мышление и сознание которых и породят эти самые технологии. Создание всечеловека – это супертехнология для производства всех остальных чудес науки и техники, а тот, кто первым породит новую расу, сорвет главный куш столетия. Но эта простая истина разбивается об окаменевшие стереотипы мышления.

Хотите пример? В «Третьем проекте» мы расскажем о психотехнологии «радарного зрения» Вячеслава Бронникова, который учит детей видеть без глаз, в самой кромешной тьме. Параллельно у некоторых из его учеников появляются другие чудесные способности: возможность вызывать из глубин своей памяти самую скрытую информацию, видеть раковые клетки в организме и управлять своим самочувствием, ощущать потоки радиации и даже считывать информацию из мозга другого человека. Более того, в иных случаях люди обретали дар предвидеть будущее почти на минуту вперед. Одна лишь эта высокая гуманитарная технология может дать России поколение людей нового типа: ясновидящих судей и следователей, сверхбойцов, биржевых спекулянтов, которые могут шутя сделать миллион из ста тысяч в первый же день, используя дар предвидения ситуации на бирже.

Но когда мы познакомили с этим материалом одного из достаточно высоких чиновников, он с ясными глазами сказал нам:

– А зачем все это человеку? Ведь у него есть специальные приборы.

Мы едва не онемели. Вот логика чиновника и обывателя индустриальной эры! Если хочешь видеть в темноте – надевай на башку очки ноктовизора, для обнаружения радиации – бери счетчик Гейгера в руки, хочешь лечиться – покупай лекарства и пользуйся архидорогой аппаратурой. По этой логике нужно и дальше лишаться своих способностей – например, заменяя ноги на инвалидную коляску, а детородный мужской орган – на пневматическо-телескопический агрегат!

Попав под власть бюрократии, русские превращаются в дебилов, в вялую массу. Но при этом и сама бюрократия неотвратимо превращается в огромное неразумное существо. Потому что каждый бюрократ подбирает себе более тупого заместителя, но потом этот заместитель тоже становится начальником – и процесс идет дальше. И чем дальше, тем меньше государство соответствует сложности нашей жизни. Система костенеет и коснеет.

И если КПСС последнего десятилетия правильно называли «динозавром без мозга», то сегодняшнюю серую массу следовало бы назвать «динозавром без сердца и глаз».

* * *

На каждом шагу Запад обыгрывает и опережает нас, потому что умеет работать нетривиально, с выдумкой и на стыке разных отраслей. В сегодняшней политике-экономике гораздо больше войны и разведывательных операций, чем скучной бухгалтерии и чиновных постановлений. Громадной лабораторией для создания метадействия послужила «холодная война» США против СССР. Уже в 1980-е годы было непонятно, где кончаются подрывные операции американского государства, а где начинаются усилия частных и корпоративных служб.

Мы давно уже на войне, а она не терпит шаблонов и отсталости действий. Из-за чиновной тривиальности, из-за интеллектуальной трусости мы уже несем огромные потери. Хотите еще один пример такого рода потерь? Извольте!

В. Путин потерпел полный крах, попытавшись сделать методами бюрократического чекизма благое дело – вырвать активы «Газпрома», уведенные в компанию «Сибур» командой Якова Голдовского. Показательный арест Голдовского и всей его теплой компашки, запуск бюрократической процедуры следствия и суда закончились тем, что в первом квартале 2002 года деньги бизнеса рванули прочь из страны, инвестиции в экономику упали и путницам пришлось идти на попятную. Впрочем, не меньшей бюрократической тупостью и «низкотехнологичностью» отличалась и путинская атака на олигархию летом 2003 года.

И поделом! Нельзя действовать методами времен Хрущева и Брежнева в нынешнем мире!

А что же надо было сделать Путину?

Действовать нетривиально. Правильно выстроенная сетевая структура – пусть даже внешне напоминающая мафиозную – ту же проблему могла бы решить тихо, незаметно и очень эффективно. Структура, объединенная не общей бюрократической пирамидой, а общей идеей. Сеть, которая везде и нигде, в которой есть и своя разведка, и банки, и боевые организации, и мозговые центры, и клубы любителей русской оперы, скажем. Быть может, такая сеть сможет вернуть украденное у нашего народа и разгромить кланы новых кочевников, с помощью новейших способов изменяя психику человека с деньгами и программируя его поведение. Так, чтобы рой высокопоставленных воров сам – отчего-то сам – принес эти богатства правителю Кремля, преданно виляя хвостиком.

Мы эти психотехнологии очень детально опишем в «Третьем проекте». Поскольку эта книга, вопреки нашим первоначальным расчетам, появляется позже «Гнева орка», мы вынуждены сделать одно пояснение. Гений русских психотехнологий Игорь Смирнов вел работы над ними с 1980 года, по закрытому постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР. Именно он разработал систему скрытого допроса, которая по эффективности во много раз превосходит все детекторы лжи. Человек не догадывается, что его допрашивают. Внешне он сидит и разговаривает с другим человеком о чем угодно: о бабах, новых иномарках или о погоде. И рядом, например, из приемника тихо струится легкая музыка. Но в эту музыку встроены вопросы, которые не слышны на сознательном уровне, а в спинку кресла допрашиваемого – чувствительный сейсмодатчик. Подсознательно испытуемый вопросы слышит и реагирует на них мышечными сокращениями. А в соседней комнате у компьютера сидят опытные операторы -задаватели вопросов.

С помощью такой системы можно точно установить, сколько допрашиваемый наворовал, с кем он это делал и куда прятал наворованное. Эта система дает следственным органам и службам безопасности полную картину происшедшего и исключает ошибки. Вот только в Эр-Эф эту систему скрытого допроса никто не применяет. А ведь можно и применить! Например, в данном случае.

Так что, друг Скептик, ваша ирония неуместна. Да здравствует единое и несистемное действие! Вот наш девиз! Да здравствует нарушение законов системы, которая не русскими создана и которая поддерживает несправедливый миропорядок! Потому что иначе мы всегда будем проигрывать тем, кто эту систему создал.

Глупо медведю следовать правилам, написанным акулами – для акул и мелкой рыбешки. Лучше заманить акул в родной лес, где правила игры будут нашими!

А чтобы добиться здесь успеха, в Пятой мировой войне русским придется в совершенстве овладеть искусством метадействия – действия единого, у которого нет ведомственных границ. Без него можно навсегда забыть о стратегии чуда.

Итак, вы готовы к разговору о метадействии?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.