Письмо Эйзенштейну

Письмо Эйзенштейну

Мы переживаем сейчас эпоху увлеченья Художественным театром, театром чистых эмоций.

Растет Станиславский.

Он звучит сегодня для нас. Говорят, что он придумывает, что чичиковский Селифан, внесший чемоданы в дом Коробочки, весел потому, что он попал в тепло{257}.

Что Коробочка выбежала, думая, что в дом ударила молния.

Он знает логику расположения кусков.

Он знает, что кусков не существует.

Связи, которые придумывает Станиславский, часто мнимы, часто противоречивы. Селифан радуется тому, что он попал в тепло. В дом Коробочки ударила молния.

Одна мотивировка зимне-осенняя, другая летняя.

Но не в этом дело.

Рассыпается мир в руках Мейерхольда. Режиссер заглушает слова, и редко выплывают среди уничтоженной драмы изумительные куски потопленного в театре мира драматургии.

Старый спор, который знала индусская поэтика, спор, известный Дидро, спор о том, должен ли испытывать актер те эмоции, которые он передает, то есть должен ли быть актер или он только знак на том месте, куда его поставил драматург и режиссер.

Этот спор сейчас главный, это тот же спор о кусках и о главном.

Мейерхольд в той своей стадии удачи, но эту удачу нужно сменить другой удачей, мейерхольдовской же. Театр Мейерхольда пришел к необходимости иметь драматургию.

Вы прошли от метода вызывания эмоций, телесного проявления, через метод интеллектуального кино, работающего физиологическими методами, на новый путь.

У вас сейчас вещи иные.

Вы на пути классического искусства, про которое легко сказать, как оно создано сегодняшними условиями, и трудно сказать, почему оно их переживает.

От остраненной эксцентрической передачи вы перешли к самому трудному, отказались от патетики и передали оценку зрителю.

Люди вам верят, что вы великий художник.

Но, как всем известно, люди любят видеть новое таким, каким они себе его представляют{258}.

У них есть свой стандартный гений.

Среди этих людей и я не первый.

«Стачка». Нищие в изумительных котелках и отрепьях. Все совершается с конвульсивным напряжением.

Вещь имеет два адреса, два подданства.

«Броненосец». Знаменитая лестница. И калека на лестнице. Потом эта лестница стала лестницей Юткевича. Вы помните «Кружева» его, пьяных, уродов и кружева?

И ваше восстание посуды в «Октябре». Изумительнейшая война с вещами во дворце.

Трудно было воевать с посудой, со слонами.

Вы победили Керенского, развели мост и все же не взяли Зимний дворец.

Нужно брать простую вещь или всякую вещь, как простую.

Время барокко прошло.

Наступает непрерывное искусство.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Письмо двадцать четвертое БУДЕМ СЧАСТЛИВЫМИ (ответ на письмо школьника)

Из книги Письма о добром и прекрасном автора Лихачев Дмитрий Сергеевич

Письмо двадцать четвертое БУДЕМ СЧАСТЛИВЫМИ (ответ на письмо школьника) Дорогой Сережа! Ты совершенно прав, любя старые здания, старые вещи – все то, что сопутствовало человеку в прошлом и сопутствует ему в его теперешней жизни. Все это не только вошло в сознание человека,


[ФИГУРА] ЭЙЗЕНШТЕЙНУ СТО ЛЕТ

Из книги Газета Завтра 217 (4 1998) автора Завтра Газета

[ФИГУРА] ЭЙЗЕНШТЕЙНУ СТО ЛЕТ [gif image]Что такое Революция?Революция - это багряная вспышка на исцарапанном мерцающем черно-белом экране… Так ее представлял себе родившийся сто лет назад гений ХХ века Сергей Михайлович Эйзенштейн - человек, "придумавший" образ того, что


Письмо XV. Д. Ц. - С. Л.

Из книги Письма полумертвого человека автора Циликин Дмитрий

Письмо XV. Д. Ц. - С. Л. 26 сентября 2001 Человек как сфинктер Право, Самуил Аронович, все, что не делается, - все к лучшему. Тут грозились этой осенью осчастливить нас конным (или даже, по сюрреалистической идее какого-то начальника, одновременно еще и пешим) Александром Невским


Письмо XIX. Д. Ц. - С. Л.

Из книги Письма автора Хармс Даниил

Письмо XIX. Д. Ц. - С. Л. 13 февраля 2002 Путассу "Просто бедность, просто судьба; перетерпеть можно", - писали Вы как-то, дорогой Самуил Аронович. Да, и у меня тоже самое - я даже немного, типа, бороться пробую - на телевидении вот подрабатываю. Эта работа (которая, как известно, не


ПИСЬМО III

Из книги Газета Завтра 970 (27 2012) автора Завтра Газета

ПИСЬМО III Чаще и чаще приходится слышать, что жить становится скучно и тяжело. И нельзя сказать, чтобы эти сетования были безосновательны. Не в смысле сокращения суммы так называемых развлечений — их даже чересчур достаточно — и не в смысле увеличивающейся с каждым днем


ПИСЬМО IV

Из книги Газета Завтра 974 (31 2012) автора Завтра Газета

ПИСЬМО IV Чтобы «Пестрые письма» воистину оправдывали это название, позвольте мне сделать небольшую экскурсию в область прошлого.До «катастрофы» моя соседка, добрая Арина Михайловна Оковнцева, жила очень смирно. К этому времени ей было уж за тридцать, а мужу ее,


ПИСЬМО V

Из книги Газета Завтра 401 (32 2001) автора Завтра Газета

ПИСЬМО V Вы, конечно, уж знаете, что господство хищения кончилось. Что касается до меня, то я узнал об этом из газет и, признаюсь откровенно, сейчас же поверил. Еще так недавно на наших глазах происходил такой грандиозный обмен хищений, что многие не без основания отводили


Письмо раввина Письмо раввина 01.08.2012

Из книги Газета Завтра 978 (35 2012) автора Завтра Газета

Письмо раввина Письмо раввина 01.08.2012 Иногда может сложиться впечатление, что в еврейской среде господствуют антироссийские, антипатриотические настроения. Однако это далеко не так. На деле еврейская общественность, как в России, так и за рубежом, весьма взвешенно и с


Письмо раввина Письмо раввина 01.08.2012

Из книги Газета Завтра 948 (5 2013) автора Завтра Газета

Письмо раввина Письмо раввина 01.08.2012 Иногда может сложиться впечатление, что в еврейской среде господствуют антироссийские, антипатриотические настроения. Однако это далеко не так. На деле еврейская общественность, как в России, так и за рубежом, весьма


Письмо 1

Из книги автора

Письмо 1 Владимир Сергеевич!Грядущие судьбы России и сущность революционного движения в XIX веке; Православие и Всеславянский вопрос; «мир всего мира» перед концом его и т. п…Вот те важные предметы и великие вопросы, Владимир Сергеевич, о которых я намереваюсь писать Вам


Письмо 12, Последнее письмо: Семья, Обама, ты, власть

Из книги автора

Письмо 12, Последнее письмо: Семья, Обама, ты, власть Вот уже и последнее письмо Вам пишу, Владимир Владимирович! Пишу и думаю, а не обиделись ли Вы? Ведь цель моя была рассказать Вам, что в мире делается и как простые люди живут на земле. А люди хотят все только одного: